Великий диктатор (The Great Dictator)

Другие цитаты по теме

Рядом со мной любимый человек, и мы всю жизнь будем вместе. Этим могут похвастаться очень немногие. Зачем вести себя по-дурацки и ставить самим себе какие-то надуманные препоны? Что за чудесное ощущение абсолютной свободы! Пока с тобой рядом на сиденье в такси любимый человек, тебе абсолютно плевать, взлетаешь ли ты вверх или падаешь вниз, богат ты или беден и в какой точке земного шара ты живёшь.

Если Бог создал всю вселенную, значит и ад тоже. Зачем же он понадобился такому доброму и всепрощающему Господу?

Кто не двигается вперед, неизбежно отступает назад. Возможны только развитие или упадок. И между ними — ничего. Апогея не существует. Это иллюзия.

Ключи к жизни. Ключи к выживанию. Их несложно найти. Но нужно еще знать, где двери, к которым они подходят, чтобы не пришлось ходить с тяжелой связкой от одной двери к другой и пробовать каждый ключ.

... притворство — одно из самых трудных деяний при кажущейся лёгкости. Беззаботность по определению предполагает умение забывать, а заставлять себя забывать требует само по себе усилий парадоксально-мучительных.

Отличительная черта людей, которые НЕ добиваются особых результатов в карьере и проживают свою скучную жизнь на стабильную, но невысокую зарплату, — желание быстро все сделать «на троечку» и поехать домой, а если получится свалить с работы раньше на полчаса — так это ж вообще праздник!

Понятно, что победить мировую пошлость, в принципе, невозможно, но вытравить свою собственную — это даже не доблесть, а нормальная человеческая гигиена. Не питаться подножным кормом, не глотать с готовностью то, что сыплется из популярных отстойников, соблюдать дистанцию между собой и собою же. Наконец, просто уметь выслушивать тишину и самого себя.

Солнце вливается им в тело, и кровь их закипает от желаний и страстей. Они всегда горят и поэтому не знают поражений. Они не знают покоя, ибо в них сидит дьявол. Они разбросаны по всей земле и осуждены вечно трудиться, страдать и бороться.

Пока вы не настроите себя на успех и на все, что этот выбор влечет за собой, Вы будете заперты в тюрьме. Вы будете вглядываться в глаза вашего партнера, в поисках намека на то, любит ли Вас он или она. Но постепенно свет будет угасать, тепло другого человека будет холодеть, и Вы в очередной раз заснете без сновидений в этой темноте.

По книгам и фотографиям Лондон представлялся ему серым, даже черным, а оказалось, что он яркий, разноцветный. Красный кирпич, белый камень, алые автобусы, толстопузые черные такси (которые оказывались вовсе не черными, а золотыми, зелеными и коричневыми – чем сперва ужасно его удивляли), ярко-красные почтовые ящики, зеленые парки и кладбища.

В этом городе исконно древнее и возмутительно новое теснят друг друга – не нагло, но без всякого почтения. Это город магазинов и офисов, ресторанов и домов престарелых, парков и церквей, памятников, которые никто не замечает, и дворцов, совсем не похожих на дворцы; город неповторимых районов с удивительными названиями – Кроуч-энд, Чолк-фарм, Эрлс-корт, Марбл-арч. Шумный, грязный, радостный, беспокойный город, который живет туризмом и презирает туристов; город, в котором средняя скорость движения ничуть не выросла за последние три столетия, несмотря на пятьсот лет лихорадочных попыток расширить улицы и помирить пешеходов и транспортные средства (будь то телеги, экипажи или автомобили). Город, населенный (и перенаселенный) представителями всех рас, всех социальных слоев и самых разнообразных вкусов и пристрастий.