Рюноскэ Акутагава

Другие цитаты по теме

Ни Пушкин, ни Тютчев не проходили литературного вуза, да тогда и не было такого, и вообще научиться стать поэтом в учебном заведении нельзя.

— Всему можно научиться, — отвечал Жора.

— Нет, учиться на поэта в учебном заведении — это просто глупо. Каждый человек должен учиться и начинать жить с обыкновенной профессии, а если у него от природы есть талант поэтический, этот талант разовьется путем самостоятельного развития, и только тогда, я думаю, можно стать писателем по профессии. Например, Тютчев был дипломатом, Гарин — инженером, Чехов -

доктором, Толстой — помещиком...

Всех возлюбив, поэт встречал лишь подозренья;

От кротости его смелея с каждым днем,

Все слушали: кому возносит пени,

Жестокость испытать хотели все на нем.

А дождь все идет, хлопая меня мокрой рукой по плечу. Словно бы говорит с сарказмом: «Я с тобой, парень. Я всегда с тобой, чувствуешь это? Это твоя персональная осень, дружок». Осенью промозгло и сыро. Поэты пишут о золотой красавице, этакой слезливой рыжей лисице с алыми губами кленовых листьев и глубокими серыми глазами небес. Я плохой поэт, я вижу другое: когда начинаются дожди, наш мир просто ржавеет. Он скрипит старой пустой коляской, младенец из которой не повзрослел, а выпал на землю, в грязные лужи, покрытые бензиновой радугой. Закричал, захлебнулся, затих. И мы, животные, пьющие из этих луж, теперь носим его в себе. Он ворочается в груди, жаждет снова ожить и стать целым, он по-детски капризен, он плачет невпопад, смеется глупостям и ржавеет осенью. Но все же осень — это лишь двадцать недель до весны.

Под мостом Мирабо тихо Сена течёт

И уносит нашу любовь...

Я должен помнить: печаль пройдёт

И снова радость придёт.

Ночь приближается, пробил час,

Я остался, а день угас.

Будем стоять здесь рука в руке,

И под мостом наших рук

Утомлённой от вечных взглядов реке

Плыть и мерцать вдалеке.

Может, волей опять

я сподоблюсь напиться досЫта,

Может звёзды опять

в песнь свою посвятят и меня...

Упал закат на половицы,

На стенах пламени узор...

Царю в угоду поклониться,

Изведав совести укор?

Собираешь дары прошлого

По избитым судьбой островам.

Ты, наверное, слишком взрослая,

Чтоб идти за советами в храм.

Ты, наверное, слишком слабая,

Чтобы брать на себя грехи.

Режешь строчками, словно саблями,

Превращая слова в стихи.

Поэт устал быть снайпером, захотел стать целью.

Поэтическая форма — это и корабль и якорь одновременно.

— А ты знаешь, что такое поэзия?

— Да, — отвечала ему Анна, — это что-то вроде шитья.

— Понимаю, — важно кивнул Вуди. — Что ты имеешь в виду, говоря о шитье?

Анна немного покачала слова на языке, прежде чем произнести.

— Ну, это делать что-то из разных кусочков, чтобы оно было другое, чем все кусочки.