— Так, что тут за разборки?
— Не твое собачье де... Ого, за что ж тебя так!?
— Так, что тут за разборки?
— Не твое собачье де... Ого, за что ж тебя так!?
Ты раздавил священного Аспида!? В лепешку!? О, Аспид! Аспид, ты теперь на небесах, там где Рикки, оооо! Ты же никому не сделал ничего плохого... ну, нет, конечно, ты покусал прилично народу, так что, может, так оно и надо и ты давно заслужил такую судьбу, но... так жестоко и цинично, я не прощу!
— Есть одна такая штука на кухне, она небольшая и круглая по краям со всех сторон.
— Ложка?
— Да, ложка!
— В десятку!
— Так ложкой же не убьешь никого! Ложкой только хлебают. Хотите знать, как убивают людишек ложкой?
— Да!!! Хотим!!! Хотим!!!
— Э... ну, ладно. В общем, мы сначала ложкой, а потом нажали кнопку на машинке — на столешнице...
— Да, у нее еще такие брл-брл-брл...
— Лезвия!
— Это что, блендер? Ууу, вы их перемололи? Он говорит про блендер! Пожалуйста, пускай это будет блендер!
— Брат, я названия-то не спросил — убили им и все.
— Но это был блендер.
Люди, неспособные наполнить свою жизнь здоровой любовью к деньгам, обычно страдают патологической тягой к таким вещам, как правда, честность и справедливость.
«Как я понимаю, сие означает, что ты еще не познала радостей материнства?» — спрашиваю я ее.
«Я должна родить в июле, — отвечает она. — Еще вопросы есть?»
«Да, — говорю я. — Когда ты отказалась от мысли, что приносить детей в этот говённый мир аморально?»
«Когда встретила мужчину, который не говно», — отвечает она и бросает трубку.
[Джейсон Мэттьюс, сценарист: Россия принимает активные меры в виде политических кампаний, а ещё там есть ксенофобия: они постоянно ожидают наступления врага].
Послушайте, это они ксенофобы, они ожидают наступления врага. Их система не весть что творит, а мы снимаем кино про нападение русских, корейцев, их извращенцев-шлюх и их систему, потому что они действительно хотят напасть, а их система производит шлюх и извращенцев. Вот что значит мир без ксенофобии к кому-либо.