— Сколько раз ещё надо тебе нагадить на голову, чтобы ты открыла зонтик?
— Как говорится, кто не рискует, тот не пьёт шампанское.
— Судя по тому, сколько ты пьёшь, риск — твоё второе имя.
— Сколько раз ещё надо тебе нагадить на голову, чтобы ты открыла зонтик?
— Как говорится, кто не рискует, тот не пьёт шампанское.
— Судя по тому, сколько ты пьёшь, риск — твоё второе имя.
— Ну разве можно винить людей в том, что они всегда надеются на лучшее?
— Конечно, можно. Это эгоизм. Сама подумай, в разбитом сердце нет ничего ужасного, если представить, что ты мог остаться с этим ужасным человеком и до конца жизни быть несчастным.
А ещё ты не одеваешься нарочито сексуально. Похоже, ты понимаешь, что носить сексуальные шмотки — не значит быть сексуальной, что конфетками нужно угощать того, кто это заслужил, а не раздавать их на халяву каждому встречному и поперечному.
Я шпионил ради вас, лгал ради вас, подвергал себя смертельной опасности ради вас. И думал, что делаю все это для того, чтобы сохранить жизнь сыну Лили. А теперь вы говорите мне, что растили его как свинью для убоя…
Риск велик, но без риска в этой жизни можно лишь лежать на удобной лежанке и рассуждать. Да и то – рискуешь, что кто-то нарушит твой блаженный покой: например, упавшая на голову люстра.
— Доктор Хаус тебе объяснил, что любая операция — это риск. И можно умереть.
— А не будет операции — умрет папуля.
— Не дави на нее.
— Прости. Папа полностью здоров. Но почку все равно нужно ему пересадить, потому что с тремя будет круче.
Самое замечательное, самое важное и нужное на свете — это театр! Получить истинное наслаждение и стать образованным можно только в театре. Но разве публика это понимает? Ей нужен балаган!
Для того чтобы прожить, нет никакой необходимости в прекрасном. Если отменить цветы, материально от этого никто не пострадает; и всё-таки кто захочет, чтобы цветов не стало? Я лучше откажусь от картофеля, чем от роз, и полагаю, что никто на свете, кроме утилитариста, не способен выполоть на грядке тюльпаны, чтобы посадить капусту. На что годится женская красота? Коль скоро женщина крепко сложена с медицинской точки зрения и в состоянии рожать детей, любой экономист признает её прекрасной.
— Я хотел попросить вас об одолжении, но, поверьте, я с вами переспал не ради этого.
— Ты вообще не имеешь отношение к тому, почему мы переспали.
— Вино теплое!
— Ну так суньте в него свои счета.
— Мои счета?
— Они ведь заморожены.
Развод!
Прощай, вялый секс раз в год!
Развод!
Никаких больше трезвых суббот!
Ты называла меня: «Жалкий, никчемный урод!»
Теперь наслаждайся свободой, ведь скоро развод.