Судьба моя — змеюка подколодная,
Ужалит в тот момент, когда её не ждёшь.
Хоть я играл краплёною колодою,
Пропал, ей-Богу, не за грош.
И как-то раз, замлев от баньки и любви,
С душой сверкающей, как новые калоши,
Как говорил один мой кореш: «Се-ля-ви»,
Я ей сказал, кто я и где зарыты гроши.
На утро граждане, в коротких пиджаках,
Мне предъявили государственные ксивы,
И я с манжетами, стальными на руках,
Годков на пять, простился с вольною Россией.
Ах, Нина, Ниночка, колечки, кружева,
Глаза, как северное, дымчатое небо,
На людях кроткая, как верная жена,
А по ночам, как расшалившаяся ведьма.
На этом «скоке» — я сорвал не малый куш,
И лёг на дно, покуда не утихнет «шухер» ,
И заповедная, не пуганная глушь,
Меня узнала, как геолога Андрюху.
Провинциальная, текучая тоска,
Меня опутывала, словно паутина,
И чтоб развеяться от этого слегка,
Я познакомился с буфетчицею Ниной,
Ах, Нина, Ниночка — ошибочка моя,
Вы там в начальниках, а я сижу на «киче»,
Но я простил Вас и обиды не тая,
От всей души желаю счастья в жизни личной.
Дождь с утра. Разбилась чашка.
Неприятности — кругом.
Гибнет новая рубашка
Под электроутюгом.
Ты в окно глядишь на тучи,
Говоришь, что все не впрок,
Говоришь, что невезучий
Нынче выдался денек.
— Радуйся таким печалям, -
Возражаю я тебе, -
Мелочами, мелочами
Платим пошлину судьбе.
Потолок ледяной, стены ледяные тоже,
Круче Родины родной, только молотком по роже.
В семь утра пора бежать на любимую работу.
Хоть чего-то своровать, лишь бы было там чего-то.
Вон говорят в Сибири, на заводе «Тяжмаш»,
Мужики тачают гири, деньги делят на шабаш.
Когда тебе приходится ежедневно совершать невозможное, эффективней всего просто превратиться в человека, для которого твое невозможное — простое и даже естественное дело, — сказал Джуффин. — Это решает все проблемы разом. Очень удобно. Но вылезать из этой шкуры следует как можно реже, хотя бы потому, что возвращаться в нее — колоссальный, почти непосильный труд.
Cлайд с цитатой