— А это чё такое?
— А это «Писающий мальчик».
— Ух ты, круто! А я всегда думал, что у него писюлёк такой маленький.
— Да нет, ты че. Минимум 5 метров.
— А это чё такое?
— А это «Писающий мальчик».
— Ух ты, круто! А я всегда думал, что у него писюлёк такой маленький.
— Да нет, ты че. Минимум 5 метров.
Сейчас бы тёлочку помять. Слышь, а ты случаем не тёлка? Ты же лучше надувной бабы, да? Знаешь что, что-то меня к тебе тянет. После стольких дней одиночества, эээ.. хочется такую, эээ... просексовочку устроить. А вот ты сколько сможешь терпеть? Ну терпеть, без членских взносов? Есть какие-нибудь табу-у-у?
— О, а шо это ви тут делаете? А?
— Да заткнись там...
— А почему у тебя пистолет, ты шо-о, расстреливаешь мусорные баки?
— Сдрысни демон, я кому говорю!
— Жерве.
— Чо?
— Чем я так тебе глянулся?
— Ты про чо это?
— Да вот ты сказал, что я тебе нравлюсь. С чего это вдруг? 10 лет за мной гонялся, а тут вдруг раз и нравлюсь?
— Ну.. это просто дружба, симпатия к товарищу по беде.
— Ну что конкретно тебя во мне привлекает?
— Аккумулятор посажен.
— Говори.
— Меня привлекает..
— Так так.
— ..
— Ну давай, не тупикуй. Ну входишь в комнату, а там я, и ты такой «О! Кёртис» и дальше ты..
— Думаю! Твои лучшие качества..
— Так так так...
— Мне нравится, что ты не такой, как все.
— Правда? Ты тоже заметил? Нормально. Вот это по-пацански. Молодец-молодец. Ну-ка, давай петушка.
— А, щас.
— Постой постой. Штаны снимать не нужно. Руку давай.
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
Дети в шахматных школах более утончённые, и учителям на стул кнопки не подкладывают. Вместо этого они используют слонов или королей.
(взламывая систему безопасности Букингемского дворца)
— Ой-ой-ой, Боже, храни Королеву!...
Пьян! Разве я на это жалуюсь когда-нибудь? Кабы пьян, это бы прелесть что такое — лучше бы и желать ничего нельзя. Я с этим добрым намерением ехал сюда, да с этим добрым намерением и на свете живу. Это цель моей жизни.
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…