Она не играет в сильный пульс и слабый пол,
Над ней бессильны инквизиция, огонь и кол,
Ее каждое слово — прямой укол,
Каждый взгляд разит.
Ее священная матерь была Лилит.
И то, что тебя пугает, ее манит.
Она милует во сне, а наяву казнит,
И явь желаннее сна.
Она появлялась там, где её ждут,
оставалась лишь на пять минут,
говорила: «Видно не судьба».
Она пропадала словно на века,
улетала птицей в облака,
и не знала, где её весна.
И когда кричащий город подарил ей пустоту,
поняла, как он её дорог, поняла свою мечту,
но не знала, как бывает сложно вернуться назад.
То ли к счастью, то ли к горю, на беду ли, на любовь,
исчезала, ускользала, улетала с ветром вновь,
знаешь, в его дыхании тает её аромат.
Не надо, возлюбленный, звать меня замуж
Мне незачем быть женой,
Тот ветер, что дует в моей голове
Мне достался немалой ценой
Она любит поплакать, но не скажет, что ей снится,
О её слезах расскажут только песни на страницах.
Мужчина редко понимает, как много значит для него близкая женщина, — во всяком случае, он не ценит ее по-настоящему, пока не лишится семьи. Он не замечает тончайшего, неуловимого тепла, создаваемого присутствием женщины в доме; но едва оно исчезнет, в жизни его образуется пустота, и он смутно тоскует о чем-то, сам не зная, чего же ему недостает. Если его товарищи не более умудрены опытом, чем он сам, они с сомнением покачают головами и начнут пичкать его сильнодействующими лекарствами. Но голод не отпускает — напротив, мучит все сильней; человек теряет вкус к обычному, повседневному существованию, становится мрачен и угрюм; и вот в один прекрасный день, когда сосущая пустота внутри становится нестерпимой, его, наконец, осеняет.
Выросший вне женщин, я воспринимал ее как яркое и редкое новогоднее украшение, трепетно держал в руках. И помыслить не мог-как бывает с избалованными чадами, легко разламывающими в глупой любознательности игрушки, — о внутреннем устройстве этого украшения, воспринимал как целостную, дарованную мне благость.
Весь мир может крутиться вокруг одной женщины. Если это твоя женщина. Упустишь, хоть кайся после, хоть молись, всё без толку... Женщина, как иная цивилизация, появляется ярко, исчезает внезапно. Потом сиди и выстраивай модель её существования по запаху волос на оставленной случайно заколке. Запечатлеешься ли ты в её памяти ярким болидом — это ещё вопрос. Возможно, она будет больше сожалеть об утраченной заколке, чем о тебе.
Мы, мужчины, проще относимся к отношениям. Для нас это как... данность жизни. Мы не можем одни, вот и всё. А женщины, в отличие от нас, масштабно смотрят на всё происходящее, у них уже готова стратегия на годы вперёд.
... для настоящего веселья требовались девки. То есть, как верно отметил классик, даже если сначала кажется, что женщины не нужны, то потом они всё равно обязательно понадобятся.
Cлайд с цитатой