Получив немного, ты хочешь больше. Обретя больше, ты живёшь мечтой об обладании всем.
Иногда я даже думал, что хорошо бы мы все вправду онемели, заразились афазией, раз набралось столько вещей, о которых всё равно не стоит говорить.
Получив немного, ты хочешь больше. Обретя больше, ты живёшь мечтой об обладании всем.
Иногда я даже думал, что хорошо бы мы все вправду онемели, заразились афазией, раз набралось столько вещей, о которых всё равно не стоит говорить.
Человек жаден и ненасытен. Ему рано или поздно захочется большего. Если у него есть многое, он захочет еще и еще. Он готов будет разрушить то, к чему стремился и, наконец, получил, ради того, чего не пережил.
Оказалось, смерть чрезвычайно утомительна, во всяком случае, для оставшихся в живых.
Начиная с первых дней в этом странном теле Таракан узнал о людях многое. Он открыл, что это вид, которым правят чувства. Некоторые из этих чувств он понимает — например, жадность. Жадность — второе из сильнейших тараканьих чувств. Его непрекращающийся голод — всего лишь проявление безграничной жадности, потому что таракан всегда голоден, всегда, даже если его живот набит до отвала.
Он не хотел меня обидеть. Я знаю. Но вот что я вам скажу. Тем, кто не хочет меня задеть, это удаётся лучше всех.
Трагедия добавляет тебе благородства, горе возвышает, а вот позор разъедает и унижает, он портит твою кровь, убивает взгляд и сгибает спину.
Болетта удержала её:
— Ты крестилась. Я видела.
Пра отдёрнула руку:
— Перекрестилась, и что? Старая ведьма осеняет себя крестом! Это так важно?
Старуха снова перекрестилась.
— Бесед мы с ним давно не ведём. Но изредка я нет-нет, да и подам ему знак рукой. Чтобы он не чувствовал себя одиноко.