Деннис О'Дрисколл

Другие цитаты по теме

Встречу твой взгляд, но поверь, я чувству

воли не дам и не вспыхну при этом:

искусство любить подобно искусству

быть поэтом.

Любви моей собственной мне довольно,

твоей любви я не жду напрасно:

люблю, и мне от любви не больно -

она, как тайна, чиста и прекрасна.

Все маски жизни, гримасы мне строя,

склоняются к моему изголовью,

где я по ночам, не зная покоя,

пылаю к тебе безответной любовью.

И, ввергнута в пропасть вечной разлуки,

то к аду я приближаюсь, то к раю.

Во власти одной — единственной муки

то возрождаюсь, то умираю.

Одни поэты свято верят в мысль,

Что обнимает мир единым словом,

Другие — в высшее воображенье

Иль память о единственной любви.

Что до меня, я ныне верю только

В усердье пишущей руки, в упорство

Строк, высиженных в тишине, и книг,

Которые хранят нас от безумья.

Каждый стих словно стремится вывернуться из лап небытия. Любое получившееся стихотворение — гимн жизни, спетый на зубах у смерти.

Поэзия в языке — как вещь ручной работы в мире штамповок.

Теперь я понимаю, что поэту совсем не нужно влюбляться, чтобы хорошо писать о любви. Теперь я понял, что мы лучше всего умеем говорить о том, чего бы нам хо­телось, но чего у нас нет, и что мы совсем не умеем говорить о том, чем мы полны.

Поэзия — мой любимый язык. А любимый язык поэзии — музыка.

Поэзия как и любовь — это явления таланта, а талант от бога. Вот почему ни поэзию, ни любовь нельзя делать собственностью. Непременно у человека, создавшего себе в поэзии или в любви фетиш, является драма, которая была в любви у Хозе (Кармен), в поэзии Блока. Словом, талант — это путь, но не сущность. И если сущность есть бог, то подмена её фетишем порождает собственность, а собственность всегда разрешается драмой.

Загляни же в лицо ея вновь,

Умоляю тебя дорогая!

Перед нами она, как живая -

Схороненная нами любовь.

Не жалея трудов и страданий,

Без укоров и жгучих терзаний,

Мы ее убирали в гробу.

Мы недолго винили судьбу;

Горе женщин бывает не вечно,

И поэта печаль — скоротечна.

Но проходят недели, и вновь,

Привлеченные странною силой,

Мы печально стоим над могилой,

Где покоится наша любовь.

…И разве,

Если захочется очень,

Улыбку возьму,

Пол-улыбки

И мельче,

С другими кутя,

Потрачу в полночи

Рублей пятнадцать лирической мелочи.

Он красивых женщин любил

любовью не чинной,

и даже убит он был

красивым мужчиной.

Он умел бумагу марать

под треск свечки!

Ему было за что умирать

у Черной речки.