Он отличался от всех остальных только тем, что он без знаков отличий.
Все люди странные существа, но те из вас, кто нашёл способ получать удовольствие от своих странностей, вызывают у меня большое уважение.
Он отличался от всех остальных только тем, что он без знаков отличий.
Все люди странные существа, но те из вас, кто нашёл способ получать удовольствие от своих странностей, вызывают у меня большое уважение.
Мы все слишком индивидуальны, чтобы загонять нас в прокрустово ложе шаблонов. Особенно из лучших побуждений.
Когда мы признаемся сами себе в своем планетарном изъяне,
Тогда на Земле и появится первый землянин.
— Нет. Как раз воздушный шарик в такой горшочек не влезет. Они слишком большие.
— Это другие не влезут! А мой влезет!
Лучше быть недовольным мудрецом, чем довольным дураком; лучше быть недовольным Сократом, чем довольной свиньёй; потому что если дурак или свинья знают только свою сторону предмета, то мудрецу ведомы все его стороны. И поэтому лучше ошибаться вместе с Сократом, чем быть правым вместе со всеми.
— Ты запорол операцию, Шталь, не я.
— Эти дикие обвинения там покажутся лишь криком отчаяния.
— Ты сказал, что это дело устроит мою карьеру, а потом переспал со мной, зная, что я буду твоим козлом отпущения?
— В глубине души ты знаешь, что так будет лучше. Ты умна, Молли, но признай, в тебе нет инстинкта убийцы.
— Если в этом отличие между тобой и мной, то слава Богу.
Жили были в Индии с древней старины
Дикие огромные серые слоны.
Слоны слонялись в джунглях без маршрута.
Один из них был белый почему-то.
Добрым глазом, тихим нравом отличался он,
И имел он масти благородной.
Средь своих собратьев белый слон
Был, конечно, белою вороной.
И владыка Индии, были времена,
Мне из уважения подарил слона.
«Зачем мне слон?», — Спросил я иноверца,
А он сказал: «В слоне большое сердце».
Слон мне делал реверанс, а я ему поклон,
Речь моя была не злой и тихой,
Потому что этот самый белый слон
Был к тому же белою слонихой.