«Опрятный, трудолюбивый мужчина, надёжный, спокойного склада».
Боже милостивый! Что же это за чудовище им требуется.
Я отказываюсь «держать хвост пистолетом». От оптимизма меня тошнит. Это извращение. Со времен грехопадения должный удел человека во вселенной — удел страданий.
К тому же, я заявил студентам, что во имя будущего человечества мне бы хотелось, чтобы их всех стерилизовали.
Игнациус приподнялся на сиденье и выглянул в заднее окно.
— Та машина подверглась краху. Ваши водительские права, ежили у вас они в самом деле имеются, вне всякого сомнения, отберут. Я определённо не стал бы обвинять служителей законности.
— Лучше ложись вздремни, — ответила мать, снова дернув машиной назад.
— Вы полагаете, я мог бы сейчас уснуть? Да я в тревоге за свою жизнь. Вы уверены, что вращаете руль в нужном направлении?
— Да не бери ты в голову, Миш. Главное было бы с чего. На мой вкус, там вообще фигура не очень.
— Лёва, я плевать на твой вкус!
— Что на этот раз?
— Он был засранцем...
— А работа выкачивала из тебя душу через ксерокс?
— Нет. Это было на прошлой неделе. А эта выкачивала мозг через вентилятор.
— Аминодиль, как дела, здоровяк?
— Тебя просят вернуться в потусторонний мир.
— Ой, сейчас, секунду. Позволь мне глянуть на расписание. Так, свободные даты: «никогда» и «даже не надейся». Вам подходит?
Покажи-ка мне свою руку. Нежные ручонки. И с маникюром. Никогда, небось, тяжёлой работы не делал, да, Луис?
Cлайд с цитатой