Вопрос означает сомнение.
— Есть три вопроса, при которых сомнение — уже ответ: «Можно тебя поцеловать?», «Ты выйдешь за меня замуж?», «Мы заведем ребенка?».
— То есть в этих трех случаях сомнение означает «Нет»?
— Всегда.
Вопрос означает сомнение.
— Есть три вопроса, при которых сомнение — уже ответ: «Можно тебя поцеловать?», «Ты выйдешь за меня замуж?», «Мы заведем ребенка?».
— То есть в этих трех случаях сомнение означает «Нет»?
— Всегда.
— Вы будете права мне зачитывать?
— Да, только можно один вопрос? Маска кэтчера? Серьезно?
— А что с ней не так? Они крутые.
— Она не скрывает твоего лица, идиота кусок!
Когда возникают вопросы,
Сам не ищи ты ответы.
Не слушай тупые советы -
Сердце твоё не выносит их.
Так лучше спроси, я отвечу,
Будет ясней тогда,
А не убивай ещё вечер
Словом «наверняка».
I'm scared
So afraid to show I care
Will he think me weak
If I tremble when I speak?
Oooh, what if
There's another one he's thinking of?
Maybe he's in love
I'd feel like a fool
Life can be so cruel
I don't know what to do.
— Я говорил об иллюзии, которая скрывает за собой что-то. Какую-то действительно существующую реальность. А ты говоришь о мире, в котором нет ничего, что не было бы иллюзией.
— Ну, возможно, мне и хочется верить в то, что за пределами симулякра что-то есть. Не знаю. Но меня все это так будоражит. Как, например, открытие того, что все состоит из кварков и электронов. Мне все это кажется восхитительным, потому что, когда узнаешь что-нибудь об основных единицах вещей — языка, атомов, не важно чего, понимаешь, что они абсурдны. Вот то, например, что я рассказывала вам вчера про квантовую физику, — ну ведь это же безумие, такого просто не может быть. А то, что ты говорил о правде, которая существует только за пределами реальности? Это, по-моему, тоже восхитительно. Всегда есть какой-то следующий уровень, о котором нам ничего не известно. Ученые дошли до кварков и электронов — и до разных их нелепых сочетаний, которые образуют космические лучи и все такое, но они ведь не знают, конец ли это, удалось ли им найти то самое неделимое, которое греки называли «атомос»? А может, делить материю можно вообще бесконечно? И по-прежнему остаются большие вопросы, на которые никто не может найти ответ: что было до начала и что придет после конца? Уже одно то, что эти вопросы до сих пор существуют, заставляет подпрыгивать на месте от возбуждения. Никто до сих пор не знает ничего по-настоящему важного — и есть еще столько неизвестного.