Если оборотнем станет маньяк, получим кровожадную тварь;
если оборотнем станет подлец, получим жестокого разбойника;
если оборотнем станет алчный человек, он станет держать в страхе и подчинении многие селения...
Пусть уж лучше оборотнями будут шаманы — они хоть под все это подведут идею служения духам.
И вот стоим мы в лучах заката… Два человека и два оборотня. А вокруг нас – трупы, трупы, трупы.
Романтика!
— Вроде бы перекидываетесь в полнолуние. А волхвы вовсе лютых волков подзывают к домам…
— Бабьи сказки, – отмахнулся Мрак. – Навыдумывают. Я, к примеру, могу перекидываться в любой день.
За этими рассуждениями я услышала, как кто-то вошел. Ну, как кто-то, жду только одного чело…кхм… оборотня.
— Я готов, — раздался мужской голос.
— Полностью? – и чего-то вздумалось мне пошутить?
Раздался шорох одежды.
— Теперь, да.
Не поняла. Медленно оборачиваюсь. Мам-ма. Теперь я поняла назначение «романтических» свечей и непонятного взгляда суккубы. Я, конечно же, знаю чем отличается мужчина от женщины, да и в интернете бывает на такооое наткнешься, уууу. Но увидеть перед собой впервые голого мужчину было неожиданно. Вот тебе и союзник. А лицо-то какое серьезное… Да, лицо! Мне вниз страшно смотреть. Ребенок я еще, потому что. А мне тут психику детскую нарушают различными предметами. Причем довольно большими предметами. Так, лицо я сказала! Злата, соберись, а то косоглазие заработаешь.
— Вам подходит, госпожа? Или у вас особые пожелания будут? – устав от моего молчания, спросил он.
Особые пожелания? А, он же оборотень. И прежде чем я сообразила, что делаю, выдала:
— А зверем можешь? – твою ж… язык мой, враг мой… какого?!?
По офигевающему выражению лица мужчины до меня дошло ЧТО я сказала. Мне же просто интересно на зверя посмотреть, а не то, что вы все подумали. Кажется, у меня начал дергаться глаз. И у него тоже.
— Нет, нет, стой! Я не то хотела сказать. Я для другого тебя позвала. Оденься, пожалуйста, — наконец совладала с собой я и, чтобы его не смущать, а точнее не смущаться самой, вновь отвернулась к окну. Опять шорох одежды. Тишина.
— Ты все?
— Да, госпожа.
— Оделся?
— Да, госпожа.
— Полностью?
— Да, госпожа, — в голосе уже чувствуется нехилое такое напряжение.
— Точно? – а вдруг обманывает?
— А вы проверьте, госпожа, — а голос-то какой язвительный.
А минут десять назад как в бой собрался.
– Они не должны узнать об этом... ни мама... ни отчим. Я не могу снова с ними так поступить.
– Что значит снова?
– Меня исключили из школы. И я это заслужил. Они так смотрели на меня... когда узнали, что я сделал с машиной.
– Лиам... всё нормально.
– Они не должны увидеть меня таким. Я... я же...
– Монстр? Ты не монстр. Ты оборотень. Как я.
И нет того, кем можно восхищаться
любить, да так, чтоб до скончанья века
и нет желанья перевоплощаться
из оборотня в человека...
Кто сказал, что оборотней не существует?
Оборотень – от слова «обернуться», превратиться в кого-нибудь или во что-нибудь, стать иным, перейти в другое состояние. Подобные вещи происходят сплошь и рядом, только никто не обращает на это внимания. Милая девушка превращается в сварливую злюку-жену, славный голубоглазый малыш вырастает бандитом, безобидная на вид старушка оказывается содержательницей притона, а благообразный, воспитанный мужчина – заботливый отец семейства – маньяком. Верный друг совершает предательство, а заклятый враг неожиданно протягивает руку помощи.
Бытие соткано из противоречий, которые не сразу разглядишь.
— Кое-кто считает, что тебя подослали Мононоке или самураи. Наши плавильни слишком многим не дают покоя. Не хочешь рассказать, что тебя сюда привело?
— Эта пуля должна быть тебе знакома. Она раздробила огромному вепрю кости, заразила ядом его плоть и сделала его оборотнем. Отметина досталась мне от этого вепря, когда я его добил. Это смертельное проклятие.
— И что ты собирался сделать, узнав, что это за пуля?
— Взглянуть глазами, не затуманенными ненавистью.
Cлайд с цитатой