Книжный магазин оценивается не по его доходам, а по его друзьям, — объясняет он, — и тут мы действительно богаты.
Тебе платят за то, что ты читаешь классику, а также книги, которые стали бы классикой, если бы ими владела не библиотека Гальваника, а любая другая.
Они не празднуют дней рождения, ни разу в жизни ты не получал подарка десятого декабря. Вместо этого тебе дарят книги на годовщины их авторов.
Читайте книги, обсуждайте их с друзьями, меняйтесь книгами, дарите их друг другу. Для книги нет ничего хуже, чем быть забытой на полке. Когда мы их читаем и передаём другим, мы дарим книгам вторую жизнь, а своим друзьям — целый интереснейший мир.
На этой высоте он уже видит потолок — может удостовериться, что потолок действительно есть, вереница темных полок не бесконечна.
Читайте книги, обсуждайте их с друзьями, меняйтесь книгами, дарите их друг другу. Для книги нет ничего хуже, чем быть забытой на полке. Когда мы их читаем и передаём другим, мы дарим книгам вторую жизнь, а своим друзьям — целый интереснейший мир.
Грузные тома, обитающие на этих полках, выглядят куда серьезнее тех книжек, что стоят на виду, и публика, похоже, их не трогает — хотя, возможно, предполагает приезжий, в потемках вершится некое сокровенное действо.
Что может быть прекрасней старых друзей, старых книг, старого вина и молодых женщин?
— Не наделай глупостей, пока меня не будет.
— Не наделаю — все глупости останутся с тобой.
Ты научил меня смотреть в глаза
И не давать напрасных обещаний.
А если дал, то слов не брать назад,
Друзьями не играют, как вещами.
Cлайд с цитатой