Нет ничего приятнее неспешной прогулки по чужой, неизведанной планете – если не боишься пристроившегося за спину хищника или пули из засады.
0.00
Семейная жизнь — самое сложное испытание для любого существа с половым размножением.
Сергей Лукьяненко. Спектр
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой…Это для мужчин куда важнее содержание — спасти от яда, защитить от злобного минотавра, вырастить урожай. А вот для женщин куда важнее форма — сказать красивые слова, изящно раскланяться, похвалить новое платье…
Впрочем, как ни странно, спасти, защитить и вырастить при этом тоже необходимо.
— Надя, если бы ты была мальчиком, то получила бы сейчас ремешком по попе! — сказал я.
— Как мне повезло, что я девочка, — ничуть не испугавшись, ответила Надюшка.
– Стойте на месте и не двигайтесь! – прозвучал позади совершенно незнакомый голос.
Все замерли от неожиданности. Майкл ощутил, как улыбка сползла с лица Морана.
— Вам доводилось бывать в афроамериканском районе ночью?
— Не имею такой привычки.
— Представьте, что вы полицейский и изымаете наркотики, поскольку из-за сокращения бюджета в машине находится лишь один офицер. Три часа ночи, вы едете один и слышите выстрелы. Тут появляется подозреваемый, вы его преследуете, ведь каждый житель города считает, что за сорок пять тысяч в год — вы станете его преследовать. И вы знаете, что у него есть пистолет, и никто не знает, где вы находитесь. Вы в опасности. А теперь — вызовите подмогу, чтобы наверняка вернутся домой к детям.
— Не работает.
— Верно, потому что вы работаете девять часов, а батареи хватает лишь на шесть. Так что вам прострелят голову, потому что ваш департамент и мэр не снабдили вас исправной рацией!
Я расскажу про тех, кто остаётся в середине. Не про неудачников – их повесть слишком горька и скучна. Не про победителей – их историю не рассказать словами. Люди середины – их всегда больше, чем победителей и проигравших. На любой планете, у любой расы…Когда-то проблемы решались очень просто. Если одно племя обрело разум, а другое так и осталось стаей – оно превращалось в пищу. В мишень для стрел, которые не сумело придумать. В костяные наконечники для копий. Это были простые времена – и они ещё долго оставались такими. Те, кто опоздал в гонке, кто отстал хотя бы на полшага, – превращались в рабов. Загонялись в резервации и анклавы. Вставали по заводскому гудку и с первым лучом солнца. Простые времена – простые решения. Но простое время кончилось. Кто-то сумел дотянуться до неба. Кто-то сумел откусить от Древа Жизни. Кто-то оставил разум про запас – как мы оставили свои инстинкты на чердаке сознания. Что это было – один краткий миг или целая эпоха? Я не знаю. Но когда молодые боги уходили, сжигая за собой мосты, за их спиной оставались люди середины. Те, кто не сумел. Те, кто не захотел. Те, кто выбрал привычный и не страшный путь разума… Неудачники не выдержат шока и погибнут. Победители обретут разум и станут править новым миром. Но для большинства, не изменится ничего! Совершенно ничего! Будут они мыслить или продолжат жить инстинктами – это ничуть не изменит их жизнь. Не всем нужен разум. Не все могут думать. И в этом вечная ловушка. Для средних людей, для тех, кто не хочет в землю, но не дорос до неба, есть только место между небом и землёй. Всегда и везде крайними остаются люди середины. У моей истории нет конца, как нет выхода для людей середины.
К вкусу бы ещё общую начитанность... Ну как можно упереть в одного автора и читать только его? Пусть даже меня!
Катран, извини, но Рыжая, наверное, права. Тебе... придется. Придется переспать с кем-то из местных женщин...-Она на секунду замолчала. Потом добавила: — И если ты, зараза, не сделаешь немедленно скорбное лицо и не скажешь, что идешь на это только ради науки и спасения человечества — я тебе глаза выцарапаю!
Со мной бы попроще, а? Я же готов помочь. Пусть всем будет хорошо — и Родине, и Москве-столице, и всему прогрессивному человечеству. Только я тупой от рождения. Пока мне не объяснят, в чем дело, — не понимаю.