Dragon Age: Inquisition

— Вы с Крэмом говорите друг другу слова, которые должны ранить, но они не настоящие, Железный Бык.

— Ага. Мы друг на друга желчь сливаем. У солдат такое сплошь и рядом. Ничего особенного это не значит.

— Значит. Дружбу. И что вы солдаты. Крэму нравится, он этим гордится.

— Да, кажется, понимаю... Хм, «он».

— Это неправильно?

— Нет, все правильно. Я как раз подумал, раз уж ты читаешь все прямо из головы... Хороший ты парень, малыш. Оставайся таким.

— Доспехи правильные. Тело неправильное, но ему это больше не мешает.

— Ты ему помог.

0.00

Другие цитаты по теме

— Откуда вообще у духа может взяться плоть?

— Не знаю. Как стражи становятся серыми?

— Коул, пожалуйста, осторожнее танцуй с кинжалами, когда я кидаюсь огнём.

— Он не причинит мне вреда. Это дружественный огонь.

— Мне кажется, это означает не совсем то, что ты думаешь…

— Дориан, ты сказал, тебя можно спрашивать.

— Верно. Сказал.

— Почему ты так злишься на отца? Он хочет помочь, ты это сам знаешь, но...

— Не знаю, смогу ли тебе объяснить.

— Ты любишь его, но злишься. То и то смешивается, живёт в животе и комкается в клубок.

— Иногда... иногда одной любви мало, Коул.

— Ну что, Солас, сразу на меня набросишься или мне пока ждать и гадать?

— О чем это ты?

— Мы заключили союз с моим народом. Я подумал, что при твоей любви к Кун...

— Мне обругать тебя? Упрекнуть в принятых решениях?

— Эй, «Быки» погибли как герои за благополучный исход миссии.

— Я иного и не утверждал. Дело в том, «Железный Бык», что ты кунари. Твои решения меня не могут разочаровать. Ты бездумная и бездушная пустышка. Какие решения? Ты их и не принимал никогда.

— Эй, Варрик. А ты про меня в своей книжке потом напишешь?

— Как же не написать?

— Когда будешь писать, отнесись внимательно к мускулатуре. Тут ведь не просто работа на выносливость, тут много лет силовых тренировок. Не забывай про слова «выраженная» и «рельефная». «Подтянутая» еще, вот.

— «Живот Железного Быка приобрел выраженный рельеф после каждого обеда. Рубашки он не любил. Под ремнями они приобретали странный рельеф, и приходилось их подтягивать».

— Обижаешь, Варрик. Обижаешь.

— Ну давай, парень, попробуй ещё раз, как мы учили.

— Две пары бьют одну. Каре бьет две пары. Она прячет туза драконов в высокий сапог и предлагает бармену сыграть снова. Блондинчик смотрит на стол, ворчит, вечно ворчит...

— Парень, соберись. Плохими воспоминаниями ты каре не побьешь.

— Ты хорошо управляешься с тем мечом.

— Спасибо.

— Вижу, время, проведенное с самим собой, наделило тебя крепкой хваткой.

— Ты беспокоилась за меня.

— Я беспокоилась из-за тебя, демон. Ты поднаторел в убийствах. Если уж от тебя нельзя избавиться, предпочту, чтобы ты убивал врагов.

— Нет. Ты переживала. Та часть тебя, которая не помнит, что я — это я. Ты заглушаешь её. Ты думаешь, забота — это слабость. Не волнуйся. Я никому не скажу.

— Каллен притащил те требушеты с осады в Скайхолд. Можно мне один позаимствовать, Искательница? На часик-другой.

— Зачем тебе требушет?

— Крэм шьет немножко. Сварганил недавно нагов с крыльями. Хочу посмотреть, далеко ли полетят.

— Мне кажется... это будет ненадлежащее использование ресурсов Инквизиции.

— Эх. Вот потому ты и не ответственная за боевой дух.

— Железный Бык, как у тебя на родине надевают рубашки?

— Мы их обычно не носим. Там и без них жарко. Но если воротник свободный, я что угодно могу надеть. Просто один рог сперва продеваешь, а потом натягиваешь. Есть выражение, означающее, что тебя застали врасплох. Звучит примерно как «бегать с одеждой на рогах».

— Емко.