Тому назад одно мгновенье,
Я на себе ловил твой взгляд,
Встречал руки прикосновенье,
Всего мгновение назад.
Я сам устроил, сам устроил,
Чтоб наступил прощанья миг,
Чтоб я не виделся с тобою,
И не касался рук твоих.
Тому назад одно мгновенье,
Я на себе ловил твой взгляд,
Встречал руки прикосновенье,
Всего мгновение назад.
Я сам устроил, сам устроил,
Чтоб наступил прощанья миг,
Чтоб я не виделся с тобою,
И не касался рук твоих.
По дороге, где иду,
На склонах гор
Тихо-тихо шелестит бамбук...
Но в разлуке с милою женой
Тяжело на сердце у меня!..
Боюсь, что с каждым прожитые днём теряю её. Моя Тростника ушла, а я не могу удержать даже память о ней.
На улицах Москвы разлук не видят встречи,
Разлук не узнают бульвары и мосты.
Слепой дорогой встреч я шел в Замоскворечье,
Я шёл в толпе разлук по улицам Москвы.
Вы умерли, любовные реченья,
Нас на цветной встречавшие тропе.
В поступке не увидеть приключенья,
Не прикоснуться, молодость, к тебе.
My life closed twice before its close;
It yet remains to see
If Immortality unveil
A third event to me,
So huge, so hopeless to conceive
As these that twice befell.
Parting is all we know of heaven,
And all we need of hell.
На Западе горят твои крыла.
Ах если бы любовь не знала правил!
Не ты меня кому-то предпочла.
Похоже, это я тебя оставил.
Возможно, между нами нет преград.
Возможно, мы еще увидим лето.
Не в том беда, что мне нельзя назад -
А в том беда, что песня не допета...
No matter how many times that you told me you wanted to leave
No matter how many breaths that you took you still couldn't breathe
No matter how many nights that you'd lie wide awake
To the sound of the poison rain
Where did you go? Where did you go? Where did you go?
... я стала бояться слов, значащих многое, главное. Мне кажется, чем чаще я их говорю, тем быстрее приближаюсь к потере.
Через минуту ты уйдешь,
И в переходах растворишься,
По Невскому гуляет дождь, по Невскому гуляет дождь,
И все...
Пока. Целую. Снишься...
— Ты знаешь, каково жить в разлуке. Сперва свобода опьяняет, но однажды, ты неизбежно просыпаешься с пустотой внутри, с тупой болью от потери единственных, кто знал тебя.
— Пока эта боль не поглощает тебя полностью.