Алан Мур

Сатира страшнее проклятья. Не так давно я понял, почему в Средние века правители больше боялись бардов, чем колдунов или ведьм. Предположим, ты прогневал ведьму, и она прокляла тебя. Что произойдет? Сдохнет пара кур, скиснет молоко или кто-то из твоих детей родится с заячьей губой. Ничего такого. Но если ты прогневал барда, он обернет против тебя не проклятие, а сатиру. Он выставит тебя в глазах окружающих тупым жирным словоблудом, и ты надолго останешься таким для своего окружения, своих родных и самого себя. А если тебе попался особенно умелый бард, то и через триста лет после твоей смерти люди будут смеяться над тем, каким нелепым ублюдком ты был при жизни.

0.00

Другие цитаты по теме

Звонок «Армянскому радио»: — Привет из Геленджика. Как расшифровывается слово «водичка»?

Ответ «АР»: — Просто! «Воды чка»: нет воды, понимаете!..

Нужен ли миру ещё один дерьмовый фильм — вот какой вопрос должны задавать себе режиссёры.

Хула — сатира, как ее понимают тупицы люди, страдающие параличом остроумия.

Самое замечательное, самое важное и нужное на свете — это театр! Получить истинное наслаждение и стать образованным можно только в театре. Но разве публика это понимает? Ей нужен балаган!

Для того чтобы прожить, нет никакой необходимости в прекрасном. Если отменить цветы, материально от этого никто не пострадает; и всё-таки кто захочет, чтобы цветов не стало? Я лучше откажусь от картофеля, чем от роз, и полагаю, что никто на свете, кроме утилитариста, не способен выполоть на грядке тюльпаны, чтобы посадить капусту. На что годится женская красота? Коль скоро женщина крепко сложена с медицинской точки зрения и в состоянии рожать детей, любой экономист признает её прекрасной.

Гонококкам всё равно, какая власть на дворе.

— Я хотел попросить вас об одолжении, но, поверьте, я с вами переспал не ради этого.

— Ты вообще не имеешь отношение к тому, почему мы переспали.

Развод!

Прощай, вялый секс раз в год!

Развод!

Никаких больше трезвых суббот!

Ты называла меня: «Жалкий, никчемный урод!»

Теперь наслаждайся свободой, ведь скоро развод.

— Вино теплое!

— Ну так суньте в него свои счета.

— Мои счета?

— Они ведь заморожены.

Он Алексей, но... Николаич

Он Николаич, но не Лев,

Он граф, но, честь и стыд презрев,

На псарне стал Подлай Подлаич.