— Я знаю, что я делаю. Я взрослый мужик. Я ответственный!
— Слышь, мужик, ты в туалет не забыл сходить?
— Вот черт...
— Я знаю, что я делаю. Я взрослый мужик. Я ответственный!
— Слышь, мужик, ты в туалет не забыл сходить?
— Вот черт...
Никогда я еще не чувствовал так роскошь этого великолепного зала с его античным полом, резными деревянными панелями и бронзовыми украшениями — насмешка вещей впервые бросилась мне в глаза.
Люди, они просто так никогда ласково не улыбаются. Только если у тебя спина краской измазанная или ширинка расстегнутая.
— Я Алекс. Это Патрик.
— Отлично. Алекс. Мамочка дала тебе мальчишечье имя.
— Что ты имеешь в виду?
— Мальчиков тоже называют Алекс. Так что мама тебя малость подставила.
Как ликовал в прошлом столетии королевский двор, когда удалось повесить одного из пэров, лорда Ферерса!
Впрочем, отдавая дань учтивости, его повесили на шелковой веревке.
— Санни весь побитый. Я превратился в развалину. А у тебя ни одной царапины!
— Доктор сказал, что я так крепко спал, что не успел напрячься. Я же говорил, что крепко сплю.
— Ага. А доктор не говорил, что засыпать за рулём не рекомендуется?
— Я просто хотел дать глазам отдых на несколько секунд. Серьезно, в следующий раз постарайся не напрягаться.
Это не малодушие, хотя так обычно считают, а прекрасное дерзновение — насмеяться, даже в ущерб себе, над тем, что люди ценят превыше всего.