Криминальное чтиво (Pulp Fiction)

Другие цитаты по теме

Идут по улице три помидора: папа-помидор, мама-помидор и ребенок-помидор. Ребенок-помидор начинает отставать. Папа-помидор разозлился, подбегает к ребенку-помидору, раздавливает всмятку... и говорит: «Догоняй, кетчуп!»

— Если бы сериал пошёл в дело, то в каждой серии я бы рассказывала по бородатому анекдоту.

— Ты знаешь много бородатых анекдодов?

— Ну, на самом деле, я успела рассказать только один, потому, что мы сняли только одну серию.

— Расскажи.

— Не-ет. Он тебе не понравится, и мне будет неудобно.

— Ты была готова рассказать пятидесяти миллионам человек, и не можешь рассказать его мне? Обещаю тебе, я не буду смеяться!

— Этого я и боюсь, Винсент.

— Я не это имел в виду. Ну, ты поняла...

— В самом деле?

— В самом деле, никто не знает, за что Марселас выкинул Тони в окно. Никто, кроме Марселаса и Тони. А когда вы, паршивцы, собираетесь вместе, вы хуже, чем кружок кройки и шитья.

— Сколько стоит этот молочный коктейль?

— Пять долларов.

— В него что, бурбон добавляют?

Стены домов не помнят слов, нашёптанных за века влюблёнными, но зато бережно хранят ругательства, начертанные отвергнутыми поклонниками.

Память – это очень глупая собака: ты бросаешь палку, а она приносит тебе что угодно другое.

Я не молился за упокой, ибо молитвы тщетны; я не оплакивал ни ее, ни себя, — ибо дважды оплакивают одно и то же лишь кстраверты; но, окутанный ночным безмолвием, неимоверно враждебным и человеку, и верности его, и любви, просто помнил о ней, помнил, помнил о ней.

Люди живут, люди жили, люди умирают, это так. Люди живут, и единственное, о чем вспоминают после их смерти, единственное, что важно, единственное, что остаётся, — это их доброта.

— Ты правда ничего не забываешь? Это полезно.

— Наоборот, людям необходимо забывать. Хорошее лелеять, плохое выбрасывать. А мои воспоминания... в моей памяти записано и плохое, и хорошее, хотя эмоционально мы к этому не приспособлены.

Мы заставляем себя забывать. Забываем все больше и больше. И, в конце концов, уже многое не вернешь.