Быть знаменитым некрасиво,
не это поднимает ввысь.
Hе надо создавать архива,
над рукописями трястись,
цель творчества — самоотдача
а не шумиха, не успех.
постыдно ничего не знача
быть притчей на устах у всех.
Быть знаменитым некрасиво,
не это поднимает ввысь.
Hе надо создавать архива,
над рукописями трястись,
цель творчества — самоотдача
а не шумиха, не успех.
постыдно ничего не знача
быть притчей на устах у всех.
Никого не будет в доме,
Кроме сумерек. Один
Зимний день в сквозном проёме
Незадёрнутых гардин.
Только белых мокрых комьев
Быстрый промельк моховой.
Только крыши, снег и, кроме
Крыш и снега, — никого.
Тучи, кaк вoлoсы, встaли дыбoм
Нaд дымнoй, блeднoй Нeвoй
Ктo ты! O, ктo ты! Ктo бы ты ни был,
Гopoд — вымысeл твoй.
Улицы pвутся, кaк мысли, к гaвaни
чepнoй peкoй мaнифeстoв.
Нeт, и в мoгилe глуxoй и в сaвaнe
Ты нe нaшёл сeбe мeстa.
И опять завертит мной
Прошлогоднее унынье
И дела зимы иной,
И опять кольнут доныне
Неотпущенной виной,
И окно по крестовине
Сдавит голод дровяной.
Сними ладонь с моей груди,
Мы провода под током.
Друг к другу вновь, того гляди,
Нас бросит ненароком.
Как я трогал тебя! Даже губ моих медью
Трогал так, как трагедией трогают зал.
Поцелуй был как лето. Он медлил и медлил,
Лишь потом разражалась гроза.
Я так люблю тебя, что даже небрежен и равнодушен, ты такая своя, точно всегда была моей сестрой, и первой любовью, и женой, и матерью, и всем тем, чем была для меня женщина. Ты — Та Женщина.
Мы сядем в час и встанем в третьем,
Я с книгою, ты с вышиваньем,
И на рассвете не заметим,
Как целоваться перестанем.
И русская судьба безбрежней,
Чем может грезиться во сне,
И вечно остается прежней
При небывалой новизне.
После передачи, где кого-то представляли как «знаменитого юриста», основатель Би-би-си лорд Рейс в гневе разослал своим сотрудникам инструкцию: «Если человек знаменит, излишне указывать на этот факт, а если не знаменит, то вы лжете. На Би-би-си это слово употребляться не будет».