Безумный день, или женитьба Фигаро

— Милостивый государь, это вы будете нас судить?

— Конечно! А зачем же я покупал эту должность?

— Боже! Как это дурно, что должности у нас продаются!

— Да... Лучше б, если бы их раздавали бесплатно.

0.00

Другие цитаты по теме

Мы, женщины, пылки, но застенчивы и какие бы чары ни влекли нас к наслаждению, самая ветреная женщина всегда слышит свой внутренний голос, который ей шепчет: «Будь прекрасна, если можешь, скромна, если хочешь, но чтоб молва о тебе была добрая: это непременно».

Когда личные интересы не вооружают нас, женщин, друг против друга, мы, все — как одна, готовы защищать наш бедный угнетённый пол от этих ужасных, грубых и таких недалёких мужчин!

— Где же я видел этого малого?

— Меня? У вашей супруги, в Севилье, — я был вызван к ней для услуг.

— Когда именно?

— Меньше чем за год до рождения вашего младшего сынка. Кстати, чудный парень, я им горжусь!

— Да, он у меня самый красивый!

— Ну это понятно!

— С твоим умом, с твоим талантом — мог бы продвинуться по службе.

— С умом, и вдруг – продвинуться? Да что Вы, шутить что ли изволите, ваше сиятельство? Раболепная посредственность — вот кто всего добивается!

— Кто же останется в замке — присматривать, вон, за графиней?

— Да что ж присматривать, Ваше Сиятельство? Графиня — она здоровая женщина! О чём вы говорите?

— Здоровая-то она, здоровая...

— Доктор, Вы знаете, мне кажется, что все дураки Андалузии и Севильи собрались сегодня здесь!

— В дамки! Это смешно!

— И вот только Вас, доктор, — не хватало...

Конному всаднику. С лошадью следует обращаться как с женой: надо делать вид, что ты ей доверяешь.

Мы не комментируем заявления людей, сидящих на крыше.

На одном ленинградском заводе произошел такой случай. Старый рабочий написал директору письмо. Взял лист наждачной бумаги и на оборотной стороне вывел:

«Когда мне наконец предоставят отдельное жильё?»

Удивленный директор вызвал рабочего: «Что это за фокус с наждаком?»

Рабочий ответил: «Обыкновенный лист ты бы использовал в сортире. А так ещё подумаешь малость…»

И рабочему, представьте себе, дали комнату. А директор впоследствии не расставался с этим письмом. В Смольном его демонстрировал на партийной конференции…

Развод!

Прощай, вялый секс раз в год!

Развод!

Никаких больше трезвых суббот!

Ты называла меня: «Жалкий, никчемный урод!»

Теперь наслаждайся свободой, ведь скоро развод.