— Когда тебе плохо, иди в свою комнату и покричи во всё горло пару минут. И всё пройдет. Это называется катарсис.
Не молчи, откликнись, отзовись,
Глаз не закрывай на то, что было.
Отзовись, коль даже не любила,
Голосом бессмертья обернись.
Чьим словам, кому теперь ты веришь?
С кем ты рядом, кто теперь с тобой?
Глубину чьих глаз теперь ты меришь?
Чьих волос касаешься рукой?
И в твоей лишь сокровенной грусти,
Милая, есть огненный дурман,
Что в проклятом этом захолустьи -
Точно ветер из далеких стран.
Там, где всё сверканье, всё движенье,
Пенье всё, — мы там с тобой живем.
Здесь же только наше отраженье
Полонил гниющий водоем.
Иногда присутствие другого человека, даже безмолвное, помогает справиться с отчаянием.
Глотнув зыбко дрожащего сентябрьского воздуха, короткое лето растаяло, — а душа все не хотела расставаться с его жалкими остатками. Старая майка, джинсовые шорты, пляжные сандалии...
Пусть ещё долго продлится разлука.
Это лишь тихая грусть, но не мука.
И только ты, о другой не мечтаю -
Встретимся, знаю.
Я не призываю вас смягчить свою боль, я призываю вас смягчить свое отчаяние. Я не ожидаю, что вы сдержите свои слезы, но ожидаю, что вы сдержите приступы печали. Тоска никогда не проходит, а вот отчаяние можно и нужно преодолеть, так как оно не делает чести усопшему.
— Когда я умру, не отчаивайтесь. Окажите мне почести. Расскажите о моих мечтах, расскажите о глупостях, которые я совершал.
Cлайд с цитатой