Каждую минуту, проведенную с кем-то, вы берете часть его жизни и отдаете часть своей.
Мои слова никогда не живут долго. Мне приходиться их уничтожать, прежде чем их увидят.
Каждую минуту, проведенную с кем-то, вы берете часть его жизни и отдаете часть своей.
Мои слова никогда не живут долго. Мне приходиться их уничтожать, прежде чем их увидят.
И когда я снова увижу Кая — а я знаю, что увижу его, — я прошепчу мои слова ему на ухо, рядом с его губами. И тогда из пепла, из ничего, мои слова обратятся в плоть и кровь.
Теперь, когда я поняла, что умею летать, куда мне лететь в ночи? У меня нет белых оперенных крыльев; мои крылья — зеленые, из зеленого шелка. Они трепещут на ветру и следуют за каждым моим движением — по кругу или прямо, — куда бы я ни шла. И я не боюсь теперь ни тьмы вокруг, ни глубокого, усыпанного звёздами неба...
... Для них женщина — либо шлюха, которую надо трахать, либо заколдованная принцесса, которую надо спасать. Всегда — некий пассивный объект, предназначенный для достижения мужских целей.
Для того, чтобы узнать о человеке правду, надо максимально к нему приблизиться, а это практически невозможно.