Вера была похожа на деревце, выросшее на крыше. Вроде и земли нет, и корням некуда углубиться – а вот оно деревце. Живое и шелестящее.
Ушедшее чувство как прогоревший костер. Когда горит — красиво. А когда пепел — не на что смотреть: пыль и прах.
Вера была похожа на деревце, выросшее на крыше. Вроде и земли нет, и корням некуда углубиться – а вот оно деревце. Живое и шелестящее.
Ушедшее чувство как прогоревший костер. Когда горит — красиво. А когда пепел — не на что смотреть: пыль и прах.
Поэт, начинающий писать прозой, подобен кондитеру, решившему сварить борщ, — сахару обязательно переложит.
При жизни она была рекой. Смерть иссушила эту реку до размеров ручейка. Но после десяти проведенных в пустыне лет любой, почувствовав вкус воды, будет рыдать от счастья.
Любовь — как море. Ширь ее не знает берегов. Всю кровь и душу ей отдай: здесь меры нет иной.