Я всегда был твёрдо уверен, что мышь, обжёгшись искрой, летящей от фейерверка, хромает восвояси с готовым, безукоризненно продуманным планом, как убить кота.
И тут я испугался до слез. Меня пронзила мысль, что, как бы спокойно, умно и благородно я ни научился жить, все равно до самой смерти я навек обречен бродить чужестранцем по саду, где растут одни эмалированные горшки и где царит безглазый, слепой деревянный идол — манекен, облаченный в дешевый грыжевый бандаж.
Иначе, как мне кажется, это все равно, что думать или утверждать, будто между духовным откровением святого Франциска Ассизского и религиозными восторгами ханжи-истерички, припадающей лишь по воскресеньям к язвам прокаженного, разница чисто количественная.
– Я хочу чувствовать эту боль, пока не найду Улей.
– Чтобы отомстить? Я не могу представить, через что ты прошла, но это стремление... я знаю кое-что о нём. Ты думаешь, что месть – это недостающая часть головоломки. Что это исцелит тебя. Но это сломает тебя ещё больше.
Отверженные в прошлой жизни, нашедшие другой, сомнительный жалкий путь судьбы, где грань между ненавистью и ненавидимыми стирается, две заключённые души смотрят друг на друга из темноты сквозь толщу времени... и жаждут отмщения...
А знаешь, что это значит?
Большие девочки не плачут!
А знаешь, что это значит?
Они дают сдачи!
Если жизнь пнула тебя под зад и в твоем сердце поселилась ненависть — не поддавайся ей и никогда не пытайся мстить тем, кто сделал тебе больно.
Cлайд с цитатой