Глаза у судьбы стальные и ясные,
Забудусь на миг — и удар пропущу.
Дряхлею, грущу, трепыхаюсь и пьянствую -
Ложатся стихи камнями в пращу.
Глаза у судьбы стальные и ясные,
Забудусь на миг — и удар пропущу.
Дряхлею, грущу, трепыхаюсь и пьянствую -
Ложатся стихи камнями в пращу.
Загляни же в лицо ея вновь,
Умоляю тебя дорогая!
Перед нами она, как живая -
Схороненная нами любовь.
Не жалея трудов и страданий,
Без укоров и жгучих терзаний,
Мы ее убирали в гробу.
Мы недолго винили судьбу;
Горе женщин бывает не вечно,
И поэта печаль — скоротечна.
Но проходят недели, и вновь,
Привлеченные странною силой,
Мы печально стоим над могилой,
Где покоится наша любовь.
Друг друга отражают зеркала,
Взаимно искажая отраженья.
Я верю не в непобедимость зла,
А только в неизбежность пораженья.
Не в музыку, что жизнь мою сожгла,
А в пепел, что остался от сожженья.
... У каждого своя
Стезя, поэзия, свой почерк и подкладка,
Пусть неудачная — и горько с ней, и гадко!...
Судьба-изменщица, но все-таки своя.
Эта жизнь не по зубам
Ни тебе, ни мне.
Не гаси, моя судьба,
Тёплый свет в окне:
Пусть последним мотыльком
Прямо на кровать
Залетит удача в дом,
Чтоб зазимовать!
Собираешь дары прошлого
По избитым судьбой островам.
Ты, наверное, слишком взрослая,
Чтоб идти за советами в храм.
Ты, наверное, слишком слабая,
Чтобы брать на себя грехи.
Режешь строчками, словно саблями,
Превращая слова в стихи.
Собираешь дары прошлого
По избитым судьбой островам.
Ты, наверное, слишком взрослая,
Чтоб идти за советами в храм.
Ты, наверное, слишком слабая,
Чтобы брать на себя грехи.
Режешь строчками, словно саблями,
Превращая слова в стихи.
Пусть, для души приюта не найдя,
Судьба в который раз в трагичность строк
Швырнёт меня, как малое дитя.
В беседе хладной, повседневной
Сойтись нам нынче суждено.
Как было б горько и смешно
Теперь назвать тебя царевной!
Увы! Стареем, добрый друг,
И мир не тот, и мы другие.
А между тем в каморке тесной.
Быть может, в этот час ночной
Читает юноша безвестный
Стихи, внушенные тобой.