Все говорят, собака — лучший друг человека. Тогда почему же мой пес не грустит вместе со мной?
Иногда нам не везёт в любви, и в таких случаях я начинаю пробежки. Во время бега организм теряет много жидкости, так что на слёзы ничего не остаётся.
Все говорят, собака — лучший друг человека. Тогда почему же мой пес не грустит вместе со мной?
Иногда нам не везёт в любви, и в таких случаях я начинаю пробежки. Во время бега организм теряет много жидкости, так что на слёзы ничего не остаётся.
Просто мне грустно. Очень грустно. И перед тобой неудобно. Я лишь требую от тебя и ничего не даю взамен. Говорю что в голову взбредет, вызываю, таскаю за собой. Но ты — единственный, с кем я могу себе такое позволить.
Давай поставим точку в этой истории. И пусть наши пути разойдутся. Это безнадежно. Все было обречено на провал с самого начала. Ты и я... больше не будем друзьями как раньше. Ты будешь сожалеть всякий раз, когда будешь видеть меня... Я... видя тебя тоже...
— Я не общался с ним много лет.
— Я тоже. Как это случилось? Прежде я бы поклялся жизнью, что мы всегда будем близки. Но, может, мы никогда и не были?
Когда действительно накопилось, мы все больше затыкаем смысла между строк, не произнесенных вовремя, даже молчание не лезет в эту бездну, оттого мы молчим так громко, что не перекричать.
Никакие истины не могут излечить грусть от потери любимого человека. Никакие истины, никакая душевность, никакая сила, никакая нежность не могут излечить эту грусть. У нас нет другого пути, кроме как вволю отгрустить эту грусть и что-то из нее узнать, но никакое из этих полученных знаний не окажет никакой помощи при следующем столкновении с грустью, которого никак не ждешь.
Представьте своего лучшего друга. Может быть, это ваша жена, или отец, или тот, с кем вы выросли... С ним вам не терпится поболтать в конце дня. Этот человек знает о вас абсолютно всё, всегда поддерживает...
А теперь представьте, что у него есть секрет. Даже не просто секрет, а целая вселенная тайн. Станете ли вы всё выпытывать? Или просто смолчите?
Что бы вы ни выбрали, жизнь уже не станет прежней.
— Это был всего лишь сон, да? — её голос звучал тихо, а на лице отразилась то ли грусть, то ли сожаление.
— Не знаю, что ты имеешь в виду, но, когда я пришел сюда, — он тяжело вздохнул, — Ты сидела здесь, приложив пистолет к виску.