Музыка громче, зрачки уже — шире...
И затянуть ремень на локте для инъекции героина,
Когда всё вокруг ставят на мне метку кретина.
Музыка громче, зрачки уже — шире...
И затянуть ремень на локте для инъекции героина,
Когда всё вокруг ставят на мне метку кретина.
По 25 часов в сутки, так хорошо и красиво...
Я в толще городских улиц, бросаю все перспективы.
Профессионал, проныра, под вопросом ситуаций,
Хватит ли колес на утро, чтобы круто догнаться?
Ты меня просишь затянуться еще,
Но я и так на высоте, слишком высоко...
Скоро ночь, на парковой лавке
Я зарывался в твои волосы пропахшие травкой.
Всё случайно, я спускаюсь ниже,
Ты мне шепчешь, что любовь подходит к нам ближе...
Дай мне той любви, что мне нужна...
Если как ветер в лицо, когда шагнём из окна
Навстречу звенящей боли и слёзам.
Холодные ладони, новая доза,
Несёт кровь по венам, и дрожь по коже...
Вжать, и вливается в бетонных прохожих.
Время течёт, но только не опоздай!
Дай мне любовь, ДАЙ....
— Я оставил моё лекарство от глаукомы в самолёте.
— Стой, стой, стой. Твоё что? Ты имеешь ввиду свою травку?
— Это лечебная марихуана, Питер.
— Нет, это — травка.
— Почему ты во всём видишь тёмную сторону?
Я не употребляю наркотики. Мне это уже не нужно. Я постарел, и если мне теперь нужен приход, нужно просто неожиданно встать со стула.
Тут живу, как Злой Ниггер, Злой Ниггер, Злой Ниггер.
Мой главный страх, если умрет дилер, — мой дилер.