Две недели, вот и все, что у нас было. Две недели, чтобы влюбиться в тебя по уши. А теперь мы расстаемся на год, но что нам год разлуки, если у нас были эти две недели.
— Смотри-ка, полнолуние. Ты когда-нибудь замечал, что пока луна поднимается, она очень большая, а там, наверху, уже такая маленькая...
— Всё зависит от угла зрения. Неважно, где луна и где стоит человек. Нужно только руку поднять и прищурить любой глаз. Луна всегда будет не больше пальца.
Ты дал мне обещание, и я знаю, ты его сдержишь, но я хочу, чтобы ты пообещал мне еще кое-что: пока мы не вместе, Джон, рассказывай мне все-все, что с тобой происходит. Записывай от руки или на компьютере и отправляй по электронной почте, как угодно, лишь бы я знала о тебе все. Так мы всегда будем рядом, какое бы расстояние нас не разделяло, и тогда я, как прежде, смогу сказать тебе: «До скорой встречи!».
— До скорой встречи... ответь... когда я говорю это, ты всегда отвечаешь, помнишь?... Джон... ответь мне...
— До свидания, Саванна.
Дорогой Джон, каждую ночь я засыпаю с мыслями о тебе, думаю, как ты там сейчас, но не сегодня. Сегодня ты здесь, со мной...
Годы разлуки словно облетали с нас, как шелуха, и прошлое властно вступало в свои права, обдавая нас обжигающим накалом прежних чувств.
Я слышал о том, что ты приезжала домой. Ещё теплой осенью, в конце октября, перед самым началом холодных ночей. В то время меня не было в городе, хотя какая разница? Мы разминулись с тобой намного раньше, чем закончилось лето.
От друзей и знакомых я узнал, что ты счастлива и любима. У тебя настоящая жизнь, о которой ты мечтала, и которую невозможно было создать со мной.
Я рад, что ты обрела спокойствие и равновесие; что рядом с тобой человек, которого ты выбрала рассудком. Так и должно быть. Он счастливый обладатель твоих мыслей, а я – снов и воспоминаний.
Люди могут ощущать присутствие дорогого им человека даже на расстоянии.
Я же словно лист, что решительно срывается с ветки и стремительно летит вниз, пока не упадёт на жесткую землю, поранившись всем сердцем. Да что с него взять? Обычное искалеченное сердце. Обернись, и ты увидишь вокруг сотни схожих погубленных сердец. Лежат себе молчаливо под ногами жёлто-багровыми застывшими бескрылыми самолетами. И разница между нами всего одна: в силе и высоте полета, а всё другое, как и неизбежное приземление, одинаково.
Ждать спасения бесполезно. Так не должно было случиться, но природному пилоту-ветру виднее, в каком направлении – взаимности или отвержения – веять.
Тёмный лес хранит память и про счастливые светлые истории…
Листья – как потайная сокровищница. И среди этих ярких изумрудов, опалов и рубинов – ты. Моё тревожное незабываемое чудо…
Горячее дыхание леса и твоё родное тепло. Ты так близко, что я теряю, словно слабое дерево, последние силы и сознание, и вальсирую покорным листом к земле, в своем одиноком танце.
Чувствуешь моё приближение? Обними меня, любимая. Непринужденно и ласково. Обними перед тем, как меня навсегда поглотят земные роковые владения…
— Битва уже близка. Пожелай мне удачи.
— Я не могу отпустить тебя, ничего не сказав. Наверное, пожелание удачи сойдет... Я люблю тебя, солдат!
— Пожелание удачи сойдет. Но «я люблю тебя» гораздо лучше. Может и наступит день, когда мы с тобой разлучимся, но это будет не сегодня.
Нахер мне город, в котором больше не встретить тебя.
Сворачивать горы с восьми до пяти, спасаясь нещадной работой,
А после в старых местах появляться, так и не встретив тебя.
Я часто думаю, что нет ничего хуже, чем расставаться с теми, кого любишь. Без них себя чувствуешь такой одинокой!
Cлайд с цитатой