— Я так понимаю, вы — ребята из специального подразделения полиции.
— Что именно нас выдало?
— Вы носите галстук на Гавайях.
— Я так понимаю, вы — ребята из специального подразделения полиции.
— Что именно нас выдало?
— Вы носите галстук на Гавайях.
— Оу, свежий улов в сумке. «Свежий улов» амфетамина. А этот ствол, должно быть удочка такая?
— Это не моё!
— Это «не моё, это не моё»... А чьё? Оно само попала мне в сети.
— Слушай, ты не знаешь, откуда эти наркотики? Ты хотел поймать крупную рыбу? Ты её поймал! Кстати, твой адвокат скажет, что это какая то шутка, а потом появится дилер, порежет тебя на мелкие кусочки и скормит акулам. Круговорот в природе...
— Но если ты нам поможешь, возможно, мы доберёмся до них раньше, чем они до тебя.
Ты думаешь, как коп. Копы слишком объективны, протокол обязывает. Добавь личного отношения.
Работа полиции не имеет ничего общего с тем, что показывают по телевизору. В основном скукота, хождения вокруг да около, составление служебных записок, писание рапортов – и надежда на какую-нибудь «подсадную утку».
— И вы не разглядели стрелявшего?
— Нет. Всё произошло быстро и во мраке, как мой первый брак.
Деньги-то большие, но полиция устроит нам такую свадьбу. Со всеми традициями проведет.
— Жертва — известная личность, а значит, убийца не опасался расплаты.
— Значит либо киллер вёл более крупную игру, либо он чертовски смелый сукин сын. Смелый, либо ему нечего терять.
— Нам нужно больше патронов...
Не убивай мою искру любовного запала
Дай нам побыть наедине хоть немного, сержант!
Как будто осень на дворе, вдруг похолодало
Да и либералы, как пожухлые листья лежат
И весь мир вокруг будто остановился
Нет ничего, кроме взгляда твоего
Я говорю тебе: «Слышь, я кажется влюбился»
А ты в ответ мне прошептала: «Путин вор».