Плотно закрыла рот
раковина морская.
Невыносимый зной!
Плотно закрыла рот
раковина морская.
Невыносимый зной!
Солнечный день, оранжевый блюз,
Я не успеваю, но и не тороплюсь.
Еле дыша катится шар,
С ветки на ветку не спеша.
Правый каблук провалился в асфальт,
Ты не дождался, очень жаль.
В полуденный зной маешься злой,
Где ты сейчас, только не со мной.
Жара и июль — эти два неразлучных близнеца — появились на свет только для того, чтобы заставить вас страдать.
— А зимой, когда ты придешь ко мне в гости, я тебе скажу: «А помнишь, Ежик, мы с тобой летом бегали по поляне, помнишь, встретили Зверобоя, а он — вот он, на печке!» — И нам сразу станет тепло и весело, как будто вернулось лето.
Кто разрешил?! Морозу положено быть... Когда? Зимой! А сейчас что? Лето! Вы разве не видите?
В молодости все мы воображаем, будто лето — сплошь солнечные дни и лунные ночи, когда веет легкий западный ветерок и повсюду буйно растут розы. Но, повзрослев, мы вскоре устаем ожидать, когда же разойдется серый покров на небе. Мы закрываем дверь, входим в комнату, жмемся к огню и недоумеваем, почему это ветер непрестанно дует с востока, и, конечно, меньше всего думаем разводить розы.
Складываешь веер – складываешь лето.
Снимаешь ватную куртку – снимаешь зимнюю стужу.