— Да, а причем тут Тутус?
— Он попытался оскорбить наших гостей...
— Он что, придурок?
— Вы мгновенно улавливаете суть, Владыка.
— Да, а причем тут Тутус?
— Он попытался оскорбить наших гостей...
— Он что, придурок?
— Вы мгновенно улавливаете суть, Владыка.
— А ты записывай! — приказал он маленькому невзрачному человечку, сидящему в стороне за пюпитром и прилежно скрипящему пером. — Может, я какую историческую фразу скажу. Давно что-то я ничего исторического не говорил. Даже перед моим народом неловко.
— Я надеюсь, ты пригласишь нас посмотреть, как ты будешь учить уму-разуму этого мальчишку. Кстати, я не успел сказать, что он маг вне уровней. Но ведь это тебя не остановит, правда?
Котлан стремительно бледнел в процессе речи Гашаги. При последнем известии ноги подвели несчастного, и он оперся об стену. Гашага, явно наслаждаясь моментом, подошел к нему и положил руку на плечо.
— Не волнуйся! Пепел, что останется от тебя, будет собран шелковым веничком в золотой совочек. Конечно, похоронен ты будешь со всеми почестями, которых достоин преподаватель нашей Академии, — доверительно сказал Гашага.
— Ты что, палицу свою взял? — оторопело спросил Тимон.
— Ну да, — понуро ответил Тартак. — Я выходил из домика. Смотрю, она стоит. Такая одинокая, беззащитная... — Тартак шмыгнул носом и смахнул ладошкой скупую слезу. — Не смог я ее оставить! — решительно сказал он.
— Честно говоря, я даже не знаю, как решать данную проблему. — Тан Горий задумчиво постукивал пальцами по столешнице.
— Палицей по кумполу! — внес конструктивное предложение Тартак.
Было бы грубо, было бы негуманно рубить голову бедному безумцу. Против казни я протестую, но маленькую медицинскую операцию над головой бедняги необходимо произвести немедленно. Медицинская операция не омрачит праздника.
Наш уважаемый доктор, как известно, терапевт, а не хирург. Поэтому в данном случае, чтобы ампутировать больной орган, я советую воспользоваться услугами господина королевского палача.
Я, конечно, интеллигентно делаю вид, что ничего не слышал, но если еще раз такое скажешь, я за себя не ручаюсь.
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…
«Репка». Я вообще не понимаю эту сказку! Я не понимаю цели персонажей — репка! Кто-нибудь хоть одно блюдо знает из репки? Знаете, какое самое популярное блюдо из репки? Репка!
Там сумасшедший дед этот: «Нам нужна репка! Нам она нужна! Это мой Моби-Дик! Нам нужна репка!». Тебе не репка, тебе врач нужен!
Иди порыбачь, это еда! Репка — это твердый овощ, у вас с бабкой нет зубов! Вы будете просто уныло сосать ее всю зиму!