И Бога предали... Что хочешь от людей?
Земных и смертных, вышедших из праха,
Порок владеет ими, и всего скверней,
Грешат из любопытства, да от страха...
И Бога предали... Что хочешь от людей?
Земных и смертных, вышедших из праха,
Порок владеет ими, и всего скверней,
Грешат из любопытства, да от страха...
Я пришел лишь задать Вам вопрос. Сегодня я совершил большой грех. Я нарушил клятву, которую кое-кому принес. Кое-чье сердце, кое-чьи ожидания, кое-чьи надежды — я все уничтожил. Я лишь хочу спросить, как мне жить с этим грехом? У Вас же есть такой большой опыт в этом. Я Ваша кровь и плоть, и сегодня я это доказал. Я сделал то же самое, что и Вы когда-то. Я лишь хочу знать, как мне дальше жить. Как живут после такого? Как Вы живете? Это чувство вины у меня внутри, которое я испытываю каждое мгновение. Что мне сделать, чтобы от него избавиться? Я чувствую себя так, как будто лишил кого-то жизни. Как прекратить ненавидеть самого себя? Как Вы живете мирной жизнью? Это все, что я хочу знать, господин Рашид. Моя жизнь стала для меня наказанием. Пожалуйста, ответьте мне. Ответьте мне! Мне не нужна Ваша жалость, просто дайте мне ответ на мой вопрос. Возможно, у Вас нет для меня ответа, как и всегда у Вас ничего для меня не было.
Отрекайся смуты,
Как приносишь в дар
Поцелуй Иуды -
Сладкой страсти жар.
Перед тем, как утром
Пропоет петух,
Разорви все путы
И спаси свой дух.
Трижды во спасенье,
Трижды навсегда,
Даже святой Петр
Отрекся Христа.
— Не доверяй людям, которые носят больше двух колец на руке!
— Тщеславие, один из моих любимых грехов.
Худшее из злодейств — даже не погубить живую душу, а душу умершую к жизни воскресить и потом снова, уже окончательно, уничтожить.
Одной водою полито, одной рукою полото,
То поле, где растет мечта про золото.
За лацканы затасканы, охаяны, обласканы,
Плоды греха, казавшиеся сказкой нам.
И вот соединение, мечты с плодом растения,
Дает невероятный урожай греха.
Погодные условия, обличья и сословия,
Ему не повредят наверняка.
Я в лихорадке каждый час,
Когда в безумьи вижу строчку,
Я умираю каждый раз,
Когда в твореньи ставлю точку.
– Без света не может быть и тени, а без тени – света. Об этом писал еще Карл Юнг, – продолжал мужчина. – Точно так же и в каждом из нас есть как добрые намерения, так и дурные наклонности. Чем сильнее мы тянемся к совершенству в светлых деяниях, тем беспросветней и разрушительнее становится сила наших темных инстинктов. Когда в стремлении к свету человек пытается выйти из собственных рамок, его же собственная тьма затягивает бедолагу в преисподнюю и превращает в дьявола. Ибо так уж устроено у людей: любые попытки стать больше или меньше самого себя греховны и заслуживают наказания…
И как-то раз, замлев от баньки и любви,
С душой сверкающей, как новые калоши,
Как говорил один мой кореш: «Се-ля-ви»,
Я ей сказал, кто я и где зарыты гроши.
На утро граждане, в коротких пиджаках,
Мне предъявили государственные ксивы,
И я с манжетами, стальными на руках,
Годков на пять, простился с вольною Россией.