Прошлое не вернуть, но зато как его можно вывернуть!
Самая сладкая гонка жизни – это гоняться за будущим в поисках прошлого.
Прошлое не вернуть, но зато как его можно вывернуть!
Мы никогда не ограничиваемся настоящим. Желаем, чтобы поскорее наступило будущее, сожалеем, что оно как будто медленно подвигается к нам; или вспоминаем прошедшее, хотим удержать его, а оно быстро от нас убегает. Мы так неразумны, что блуждаем во временах, нам не принадлежащих, не думая о том, которое дано нам.
Где ныне конь и конный? Где рог его громкозвучащий?
Где шлем и кольчуга, где лик его горделивый?
Где сладкозвучная арфа и костер, высоко горящий?
Где весна и зрелое лето, и золотистая нива?
Отгремели горной грозою, отшумели степными ветрами,
Сгинули дни былые в закатной тени за холмами.
С огнем отплясала радость, и с дымом умчалось горе,
И невозвратное Время не вернется к нам из-за Моря...
Странное дело: о том, что хорошо, о днях, которые провел приятно, рассказывается скоро, и слушать про них не так уж интересно. А вот про то, что неприятно, что вызывает страх или отвращение, рассказы получаются долгими и захватывающими.
Другой вариант:
Как ни странно, о днях безмятежного покоя и отдыха, о приятном времяпрепровождении — словом, обо всем хорошем скучновато рассказывать и скучновато слушать; вот если происходит что-нибудь неприятное или плохое, из этого можно состряпать отличную историю, которую всегда будут принимать на «ура».
Тебе не убежать. Где бы ты ни был, прошлое будет следовать за тобой. Всегда, всегда, всегда, всегда... Знаешь, почему? Одиночество. Человеческие воспоминания и прошлое очень одиноки. Я не верю в Бога. Нет доказательств его существования. В мире, где нет доказательств будущего, есть только прошлое. Пусть оно наполнено недоразумениями и иллюзиями, но если люди в него верят, то прошлое для них — истина. Если действуешь и строишь свою жизнь, опираясь на него, прошлое и становится чем-то вроде Бога.
Вы думаете, что прошлое, которое позади, уже нечто законченное и неизменное? О нет, его одеяние сшито из переливчатой тафты, и всякий раз, оглядываясь назад, мы видим прошлое в иных красках.