— Не стоит плакать из-за девицы. Ни одна девица не стоит слёз.
— Я не из-за неё плакал, — сказал Анжель. — А из-за того, какой она была и и какой теперь станет.
— Не стоит плакать из-за девицы. Ни одна девица не стоит слёз.
— Я не из-за неё плакал, — сказал Анжель. — А из-за того, какой она была и и какой теперь станет.
— Я убил человека, — пожаловался Клод. — И не просто человека, а велосипедиста.
— Могу сообщить кое-какие новости, — сказал аббат. — Я виделся с вашим адвокатом. Тот парень оказался конформистом.
Но разве можно допустить, чтобы женщина оставалась с вами просто потому, что она вас любит?
— Я тебе больше не верю, — сказала она. — Женщина, которой наделали детей, не может верить мужчинам. Особенно тому, кто наделал.
— Сколько вам лет?
— Точную цифру я назвать не могу, — признался Дюдю. — Первые свои годы я не помню, а повторять за другими то, во что сам не очень верю, просто не хочу. Во всяком случае, я ещё молод.
— Я бы дал вам двадцать восемь, — сказал Атанагор.
— Благодарю, но на что они мне? Отдайте кому-нибудь ещё, кому это доставит удовольствие.
На свете есть только две вещи, ради которых стоит жить: любовь к красивым девушкам, какова бы она ни была, да новоорлеанский джаз или Дюк Эллингтон. Всему остальному лучше было бы исчезнуть с лица земли, потому что всё остальное – одно уродство.
Неверно, будто мы любим женщину за то, что она говорит; мы любим то, что она говорит, потому что любим её.
Молодая девушка — прирождённый ментор, у которого всегда можно учиться, если ничему другому, так по крайней мере искусству обмануть её же! Никто на свете не научит этому лучше её самой. И я до самой глубокой старости буду проповедовать истину: только тогда пропал человек окончательно, когда состарился настолько, что уже ничему больше не может научиться у молодой девушки!
Будь безжалостным, но обаятельным, – повторял он. – Будь хитрым, но деликатным. Будь терпеливым, но активным. Будь мягким, но смертельно опасным. На это способна только женщина. Если бы так мог действовать мужчина, он был бы безупречен.