Меня называют «поэтом из грязи», потому что, во-первых, словами много не заработаешь, а во-вторых, то чего боятся, всегда стараются очернить. Они боятся самого жалкого моего памфлета, не спят ночами, только и мечтают, чтобы я замолчал.
— Этот тип оплёвывает двор и короля, прочтите.
— «Куда плывут наши экю, мой друг, в карман двору и...» [Анжелика смеется над продолжением]
— Если вы смеетесь, это доказывает, что он опасен.
Я видел тебя убогой в сене и вот я вижу тебя богатой мещанкой. Ты слишком сильна для полиции.
Не думайте, что король недоволен памфлетами. Когда эти бумажки порочат лентяев, которые его окружают, он хохочет вместе со своим народом. Но когда речь идет о том, чтобы публично очернить имя брата короля... Король, конечно, не восторге от своего братца, но он не позволит, чтобы оскорбляли его семью и трон.
Лучший способ сохранить виноград – сделать из него вино.
Лучший способ сохранить жизнь – превратить ее в вечные страницы поэзии.
Ночь, как слеза, вытекла из огромного глаза
И на крыши сползла по ресницам.
Встала печаль, как Лазарь,
И побежала на улицы рыдать и виниться.
Кидалась на шеи — и все шарахались
И кричали: безумная!
И в барабанные перепонки вопами страха
Били, как в звенящие бубны.
Я так боюсь, я так боюсь
конца нежданного восхода,
конца открытий, слёз, восторга,
но с этим страхом не борюсь.
Я помню — этот страх
и есть любовь. Его лелею,
хотя лелеять не умею,
своей любви небрежный страж.
Я страхом этим взят в кольцо.
Мгновенья эти — знаю — кратки,
и для меня исчезнут краски,
когда зайдёт твоё лицо...
Et montant au soleil, en son vivant foyer
Nos deux esprits iront se fondre et se noyer
Dans la félicité des flammes éternelles;
Cependant que sacrant le poète et l’ami,
La Gloire nous fera vivre à jamais parmi
Les Ombres que la Lyre a faites fraternelles.
Cлайд с цитатой