Если бы я мог, я полными пригоршнями начерпал бы музыки из воздуха и напихал её себе в рот.
Мы рассчитывали на другую любовь, ту, что поймёт и простит наши слабости, не вынуждая нас расставаться с мифом о собственной незаурядности.
Если бы я мог, я полными пригоршнями начерпал бы музыки из воздуха и напихал её себе в рот.
Мы рассчитывали на другую любовь, ту, что поймёт и простит наши слабости, не вынуждая нас расставаться с мифом о собственной незаурядности.
Я когда-то собиралась стать лидером группы поддержки, — сказала я. — До того, как решила просто отправиться ко всем чертям.
Обычные люди, слишком озабоченные собственным несовершенством, чтобы замечать чьё-то ещё.
Музыка, аккорды, ноты,
Отвергаю я снова заботы.
Дабы в мир свой погрузиться,
Каждый там желает очутиться.
Со всей страны, из года в год.
На праздник рока нас душа зовёт.
Не знаешь путь? Так не беда,
Ведь все дороги приведут сюда!
И мы здесь!
В шесть лет Моцарт сочинил свой первый концерт для клавира. Отец взял у него ноты и воскликнул:
— Но ведь этот концерт так труден, что его никто не сможет сыграть!
— Да нет же, — возразил сын, — его может сыграть даже ребенок. Например, я.
— Это ваш придворный музыкант?
— Да. Это мой домашний музыкант. Его зовут Магнитофон.
Социальная пирамида не лучший способ упорядочить вещи. В классическом оркестре все организовано так: есть композитор, дирижер, руководители разных отделов, парень с трубой и так далее. Поток информации опускается вниз. И этот трубач никогда не наваляет тому, кто сверху.
Атмосфера света и цветочных лепестков. Нарастающий аромат духов: легкая нота, еще одна, запах жасмина, розы, пиона и моря, морского бриза. Сложносочиненная мелодия. Вначале тонкая нота, звенящая струна. Потом аккорд. Потом охапка солнечных лучей — и входишь ты.
Перед тобою — цветочный букет, даже если руки твои пусты. Поэтому всегда хочется подарить тебе цветы, это то, что я вижу в твоей картине всегда. За тобой — легкий морской ветерок, скорее, как послевкусие улыбки.
Если собрать все вместе, то это большой цветущий куст, и отдельные лепестки, каждый по отдельности — твои улыбки и слова. Цвет — белый, жемчужный, розовый и нежно-голубой. Все залито солнцем. И еще жемчуг, где — то по краям картины. Капельками, как роса после дождя.
Ранимость и решительность одновременно. И в зависимости от фона, усиливается то одно, то другое. То цветочное звучание — и тогда это музыка Моцарта и цветы. То вдруг что-то причиняет боль твоим цветам — и музыка становится решительной, с легким наступлением вперед. Цветы заслоняются музыкой, чтобы не быть сломанными.
Есть ощущение, что то, что снаружи — лишь малая часть того, что внутри. Внутри целый ковер из цветов, и все они поют, все имеют голос. Нежный цветочный хор, лепестки шелестят и издают мелодию. Я ее слышу. Хочется сказать тебе о ней, но у меня нет столько слов. Цветочный хор звучит, и я хочу понять: слышит ли кто-то еще эту музыку, как слышу ее я? Слышишь ли ее ты?