Ник Хорнби. Долгое падение

Долгое время я даже благодарила Бога, думая, что смогу расплатиться за свои грехи здесь, на земле, а на небесах потом о них и не вспомнят. Теперь я уже не так в этом уверена. Если цена расплаты за грех столь высока, что ты в итоге хочешь покончить с собой — совершить еще более страшный грех, — то, значит, Кто-то ошибся в расчетах. Кто-то хочет слишком многого.

0.00

Другие цитаты по теме

Не Бог ли виноват, сотворив людей слабыми и не дав им сил для борьбы с грехом?

Высшая форма грехопадения — когда батюшка в Бога не верит!

Такое частенько со мной бывает. Это со всеми бывает, когда человек начинает чувствовать, что теряет контроль над собой. Тогда он говорит себе: ладно, теперь я книголюб — и идет в библиотеку взять пару книг, чтобы потом потаскаться с ними какое-то время. Или говорит: ладно, теперь я хиппи — и начинает курить марихуану. Или еще что-нибудь. И тогда можно почувствовать себя другим человеком. По-моему, заимствуя у других стиль одежды, увлечения, язык, можно немного отдохнуть от самого себя.

— Как там это у вас называется? В стихах?

— Что, прости?

— Ну, в стихах. И в романах. Иногда говорят, «что-то как что-то», а иногда говорят, «что-то — это то-то». Ну типа моя любовь как долбаная роза или что-нибудь там еще.

— Сравнение и метафора.

— Вот, точно. Их же Шекспир придумал? На то он и гений.

— Нет, не он.

— А кто?

— Не важно.

— А почему тогда Шекспир гений? Что он такого сделал?

God saves us everyone,

Will we burn inside the fires of a thousand suns?

For the sins of our hands,

The sins of our tongues

The sins of our father,

The sins of our young?

No!

Лейкемия? Лихорадка Эбола? Сложно представить, чтобы хоть одна могла мне сказать: «Да, чувак, не стесняйся. Я ж так, игрушечная смертельная болезнь. Да и ничего страшного, если ты в шутку скажешь, что мною болен — это никого не обидит.»

You shouldn't abstain from pork just 'cause you think that I want you to

You can eat pork 'cause why the fuck would I give a shit?

(I created the universe, think I'd draw the line at the fucking deli aisle?)

— Благослови отче, ибо я согрешил.

— Мы знакомы?

— Откуда мне знать? Так что нужно сделать, чтобы искупить убийство? Почитать «Аве Мария»?

— Не знаю, Чарльз. А как ты замаливаешь грехи?

— Так ты меня знаешь. Мы с Богом заключили сделку: я не спрашиваю почему Он терпит гадов, вроде тебя, а он направляет мою руку.

— Значит, ты длань Божья? И чего же ты хочешь?

— Для начала взглянуть тебе в глаза и сказать, что я все знаю.

Если перестать притворяться, будто все чертовски паршиво и выхода нет — а именно в этом я себя и убеждал все время, — то лучше не станет, даже наоборот. Уверяя себя в том, что жизнь — дерьмо, ты словно находишься под анестезией, а если перестать это делать, становится понятно, где болит и насколько сильно, и опять же лучше от этого не будет.

Ведь Мартин и ему подобные мужчины — козлы, разве нет? Они, сволочи, думают, будто женщины — это ноутбуки: мол, старый уже совсем ни к черту, да и вообще сейчас можно найти и потоньше, и чтоб умел побольше...