Ты не выспалась сегодня... А с невыспавшимися девушками — это одни заморочки...
У вас, девушек, желания худеть и печь пироги возникают одновременно.
Ты не выспалась сегодня... А с невыспавшимися девушками — это одни заморочки...
Ооо, ты звонишь девушке? Если ты звонишь девушке, то скажи ей: «Слушай, ты славная баба, я славный мужик». Ммм?
В вечернем сиянии мягких лучей августовского солнца уверенно шагает стройная брюнетка. Поднимает высоко голову, выпрямляет спину и чувствует удовлетворение от своей гордой осанки.
На устах промелькнула игривая полуулыбка от неизвестного будущего.
Горизонт соблазняет недосягаемостью, и наблюдая его в этот момент, она рассуждает, сколько восторженных взглядов может приковывать к себе. Легкая поступь танцовщицы будто выписывает бедрами в воздухе ритуальное движение, едва заметное глазам, но которое горячо клеймит нутро мужчины.
Новая эра жизни началась с глубокого вдоха, который взбудоражил кровь и наполнил сердце радостью. Желание движения не даст устоять на месте.
Возможно, когда-то наступит внутренний покой для выверенных поступков. Неожиданно появятся осторожные шаги пантеры перед прыжком, и тогда она станет хищной, но утонченной в своей грации...
Как вы думаете, что может случиться, если несколько сотен здоровых цветущих парней поселить в близком соседстве с еще большим числом молодых красивых женщин?
— Костик, ну людя́м непонятно! Ну расскажи, шо это за машина.
— Это машина Хайрема Максима, калибр 7,62, скорость работы 300 выстрелов в минуту.
— О как!
— А зачем вы принесли сюда эту штуку? Если у вас дело, могли бы прийти и поговорили бы, как умные люди.
— Так мы за дело поговорим, но чуть позже. А сейчас мы поговорим за вашу совесть. Господа и дамы, не, ну как можно вот пить, кушать, когда трудящимся нечего покласть в тарелку? И это при том, что они свергли самодержавие, а вы — нет.
— А у меня сегодня День Рождения.
— И я опять вас поздравляю! Но шо мне передать трудящимся?
... Случайно на улице, шла мимо. Девушка лет восемнадцати в мешковатом чёрном пальто, длинные русые волосы, кое-как подстриженная чёлка. Что-то нелепое в фигуре. И в манерах. Что-то категорически не совпадающее с реальностью, порывистое и ужасно трогательное.
Она не видела меня, увлечённая своей книжкой или своими мечтами. Она смотрела куда-то серо-голубыми северными глазами, а я замерла в узнавании… Я так хорошо знала этот зачарованный рассеянный взгляд, эти обкусанные ногти, эти бедные разбитые туфли. Я всем нутром ощущала, как она талантлива и как несчастна. И я знала, что ещё долго-долго придётся ей быть талантливой – неизвестно, в чём, – и несчастной, а это уж слишком ясно, отчего.
Это женский мутант.
Это результат жестокого эксперимента по внедрению духа в природу.
Это женщина, которой досталась искорка творческого разума.
Это я.
Еще раз внимательно посмотрел на девушек, не скрывая мрачноватого взгляда. Оценка количества выпитого алкоголя, требуемого для того, чтобы они превратились в привлекательных женщин, никоим образом не могла быть совместима с жизненными показателями среднестатистического человека.