— Извините, доктор Грин, можно вопрос?
— Да.
— Вы посвятили всю свою жизнь разъяснению сложных научных принципов простым обывателям.
— Да, частично.
— А вы не думали делать что-нибудь полезное в этой жизни!
— Я расстроен, не потому, что она — женщина! Я расстроен, и она — женщина!
— Я тебя прекрасно понимаю! Я расстроена и я — женщина!
— Они что, смеются над нами?
— Ага.
— Скучаю по тем временам, когда я этого не замечал.
— Хочешь, сделаю тебе чай?
— Чай нужен, когда я расстроен, а я не расстроен. Университет заставляет меня работать с Крипке. Я в гневе!
— То есть... какао?
— Да, какао!
— Почему бы тебе просто не позавтракать в постели?
— Потому что я не инвалид, и сегодня не восьмое марта, и я не женщина.
( — У тебя в комнате есть телевизор, так может быть позавтракаешь в постели?
— Но я не инвалид и не женщина, отмечающая День матери.)
— Ты любишь изюм в шоколаде?
— Я к нему спокойно отношусь.
— В кино Воловиц всегда ест изюм в шоколаде.
— И тебе будет комфортней, если я буду есть изюм в шоколаде?
— Что ты будешь есть — не мое дело. Главное, чтобы это не хрустело во время фильма и это был изюм в шоколаде.
— Вот видишь, Говард так же хорош в этой роли, как и я.
— Так же хорош? Да тебе только что натянули трусы на голову, чмошник!
— Причина смерти твоего дядюшки Карла — ФСБ? Что это значит?
— Фатальный Случай с Барсуком.
— Доброе утро, Эми!
— С большой уверенностью могу сказать, что оно не доброе.
— А что так? Обезвоживание? Головная боль? Тошнота? Стыд?
— [стучит] Эми. Эми. Эми.
— Что?
— Я никогда еще не стучал в свою собственную дверь... Дичь какая-то.
— Незачем было приходить и пытаться меня приободрить.
— Спасибо. А теперь можешь сказать это всем остальным, потому что они так не думают.
Cлайд с цитатой