Леонарда Хофстедера прах здесь тлеет. Он думал, что прав, но сосед оказался умнее.
— Почему бы тебе просто не позавтракать в постели?
— Потому что я не инвалид, и сегодня не восьмое марта, и я не женщина.
( — У тебя в комнате есть телевизор, так может быть позавтракаешь в постели?
— Но я не инвалид и не женщина, отмечающая День матери.)
— Вот видишь, Говард так же хорош в этой роли, как и я.
— Так же хорош? Да тебе только что натянули трусы на голову, чмошник!
— Возможно, во мне сейчас говорит зелье, но ты просто очуетительный «мастер подземелья».
— Правда? Ну что ж, когда придем домой, я тебе еще и не такой квест устрою.
— Еще один квест с Воловицем?! Я с вами.
— Шелдон, они говорят о сексе.
— А... Ну тогда я пас.
— Чего творишь?
— Пытаюсь рассмотреть свою работу как мимолётный периферический образ, чтобы задействовать верхний холмик моего мозга.
— Интересно... А я вот обычно пью кофе.
— Я так понимаю, Пенни, тебе хочется узнать о флагах побольше?
— Да. Ты даже не представляешь, сколько раз на крутых тусах заходила речь о флагах, а я не могла поддержать разговор.
— Эми Фара Фаулер хочет познакомить меня со своей матерью!
— И что?
— Что это значит?
— Ну, ты ведь всегда говоришь, что Эми — девушка и друг, но не твоя девушка.
— Да-да.
— Теперь ты так говорить не сможешь.
— [стучит] Эми. Эми. Эми.
— Что?
— Я никогда еще не стучал в свою собственную дверь... Дичь какая-то.
— Незачем было приходить и пытаться меня приободрить.
— Спасибо. А теперь можешь сказать это всем остальным, потому что они так не думают.
— Слушай, я тут заметил, что Леонарда частенько подкалывают по поводу его отношения с Пенни.
— Да. И если вы хотите поучаствовать, то все строится на том, что их любовь маловероятна и обречена.
Прямо сейчас у меня тяжелое время, потому что в моей комнате три человека, и это становится похоже на дискотеку.
Cлайд с цитатой