— Когда ее нет рядом, я не существую.
— А что ты делаешь?
— Жду, когда ее увижу. Мне без Клавы ничего не интересно, даже если нобелевскую премию будут давать. А ее при этом нет и все отпадает.
— Скажешь, позовите Клаву?
— Скажу.
— Силен!..
— Когда ее нет рядом, я не существую.
— А что ты делаешь?
— Жду, когда ее увижу. Мне без Клавы ничего не интересно, даже если нобелевскую премию будут давать. А ее при этом нет и все отпадает.
— Скажешь, позовите Клаву?
— Скажу.
— Силен!..
— Я хотел сказать...
— Я еще с детского сада знаю все, что ты мне хочешь сказать!
— Нет, не знаешь!
— Знаю!
— Если ты сейчас уйдешь, ты меня больше никогда не увидишь. И вы меня больше не увидите. Никто и никогда меня больше не увидит!
— Сереженька, мальчик, да если бы ты был способен на такой поступок, я пошла бы за тобой на край света! Но завтра ты придешь в школу как обычно!
— Завтра для меня не будет!
— И давно ты у Клавы на посылках?
— Ненаблюдательный человек, Лавров. При всех твоих выдающихся способностях. Нас с Клавой объединяют общие интересы.
— Это какие же?
— Любовь к тебе.
— Я люблю тебя, Таня.
— Так не бывает.
— Бывает.
— Ты всю жизнь будешь любить Клаву...
— Так не бывает.
— Бывает.
Когда ты ушел, я не проронила ни слезинки. Просто не могла. Я не бросила тебя. Я не переставала тебя искать. Никогда. И ты вернулся. Это ведь был ты? Темная фигура, сидящая ночами у моей кровати.
... Руара Мидтстюэна, может понять, как тоска по человеку высасывает тебя изнутри, не позволяет ничего делать и заставляет ощущать бессмысленность каждого пробуждения.
— Так что во имя настоящей любви — не сдавайтесь. Даже если объект вашей привязанности, просит вас об этом.
(Ведь перед лицом истинной любви не сдаются, даже если объект твоей любви умоляет тебя об этом…)
(Нельзя сдаваться, если ты встретил настоящую любовь, даже если объект твоей страсти просит об этом.)
Что это за аллергия на сны?
Сутками дома совсем один.
В поисках донора осень тоски.
Лезвие ластится на запястьях души.
Меня любила ночь и на руке моей
Она сомкнула черное запястье…
Когда ж настал мой день — я изменила ей
И стала петь о солнце и о счастье.
Дорога дня пестра и широка —
Но не сорвать мне черное запястье!
Звенит и плачет звездная тоска
В моих словах о солнце и о счастье!
Я взбиваю подушку мычащим «ты»
За морями, которым конца и края,
В темноте всем телом твои черты,
Как безумное зеркало повторяя.
Тоскуя по нему, она пыталась разобраться в себе и в своих чувствах и понять наконец, почему она так реагирует на его прикосновения. И находила единственное объяснение этому: любовь.