Как бы ни был низок человек, в нём есть искорка божественности. Даже в худшем из нас есть что-то, что стоит спасать, и из этого чего-то может быть вылеплен новый человек.
Каждому следовало бы бояться только одного человека — самого себя.
Как бы ни был низок человек, в нём есть искорка божественности. Даже в худшем из нас есть что-то, что стоит спасать, и из этого чего-то может быть вылеплен новый человек.
Каждая страна, как и человек, доставляет неудобства другим, одним фактом своего существования.
Такова была его участь — реализовывать себя лишь наполовину. Все в нем было обрывочным: и его образ жизни, и его образ мыслей. Человек, состоящий из обрывков, сам становится обрывком.
Человеческое сердце разбить нельзя. Это только кажется, что оно разбито. На самом деле страдает душа. Но и у души достаточно сил, и, если захотеть, можно её воскресить.
Одиночество духа гораздо страшнее одиночества тела, которое можно насытить каким-то эрзацем, тогда как душа признает только подлинник.
Я рассматривала людей, проходивших внизу. У каждого из них своя история, и она — часть еще чьей-нибудь истории. Насколько я поняла, люди не были отдельными, не походили на острова. Как можно быть островом, если история твоей жизни настолько тесно примыкает к другим жизням?