А насчёт тебя, я жду не дождусь, когда увижу твоё разбитое милое детское личико.
Стилински, я никогда не засчитывал техническое поражение в игре. И никогда не буду.
А насчёт тебя, я жду не дождусь, когда увижу твоё разбитое милое детское личико.
Часть меня хочет поинтересоваться, а другая говорит, что ответ будет более волнующим, чем я могу себе представить, поэтому я... я... я лучше пойду.
– Ты опоздал!
– Ты опоздал!
– Что непозволительно претенденту в капитаны.
– Но Лиам должен им стать!
Если бы я мог ставить тебе оценки за то, как сильно ты меня раздражаешь, ты был бы отличником.
Моя бабушка и то быстрее бегает, а она мертва. Как думаешь, ты можешь двигаться быстрее, чем бездыханный труп моей бабули?
— Сколько пальцев я показываю?
— Четыре?
— Скажи два.
— Два?
— Отлично, вставай. Давай. Вали на поле. И захвати клюшку.
— Клянусь, Маккол, если Данбар тут не появится в ближайшее время, то это будет твой последний рабочий день помощника тренера.
— Это и так мой последний день.
— Тогда не заплачу.
— Я волонтёр. Хотите свисток?
— Кто дал тебе свисток?
– Из тебя точно не выйдет капитан, Даунбар.
– Данбар!
– Да, я так и сказал.
– Вы сказали Даунбар!
– А вот ты только что наговорил на уход за инвентарём.
— Он умный парень, но у него есть проблемы с концентрацией внимания.
— В смысле?
— В ответе на последний вопрос семестрового экзамена он рассказал подробную историю обрезания.
— Ну, наверное, этот обычай имел важное историческое значение…
— Я – учитель экономики.