Вадим Норд. Вероника желает воскреснуть

Первый тип — «яблоко». Яблоко — это замечательные, совершенные я своей идеальности округлые и выпуклые ягодицы, без каких-либо складок и наплывов по бокам, ягодицы, каждая половина которых похожа на яблоко. ( Сразу приходят на ум сравнения — «наливное», «спелое», «так бы и укусил»). Женщины, имеющие круглые ягодицы-»яблочки», уверены в себе, самостоятельны, самодостаточны, имеют выраженные творческие наклонности и развитое воображение, коммуникабельны, нередко — харизматичны, а если не харизматичны, то непременно обаятельны. Возможно, ее не всякий назовет красавицей, но все сойдутся на том, что «в ней есть изюминка».

Женщина, имеющая первый тип ягодиц будет хороша в постели благодаря чувственности, богатым фантазиям и способности отдаваться чувствам полностью, без остатка. Секс для нее не просто наслаждение, а таинство, сакральный процесс. Она ощущает не столько любовницей, сколько партнёршей, моральной как получить наслаждение, так и доставить его. Оперируя китайскими понятиями, можно назвать ее воплощением «Инь», космогонического женского начала.

Женщины-»яблоки» — хорошие матери, спокойные, понимающие, умеющие находить общий язык с детьми любого возраста. Материнство привлекает их, и они с удовольствием заводят детей.

0.00

Другие цитаты по теме

Бизнесмен не может быть хватким и добрым одновременно. Бизнесмен, наверное, вообще не может быть добрым, в полном понимании этого слова. Он может быть справедливым, чутким, доброжелательным, отзывчивым, но не добрым...

Исключения — это исключения, они не опровергают правило, а только подтверждают его.

Психологи давно выяснили, что мужчину делает счастливым возможность одаривать, а женщину — принимать подарки.

Как правило, у успешной светской львицы, пока не попавшей в железные жернова злой судьбы, на лице всегда – маска эмоциональной холодности.

Все главные черты женского харатера выражены в долге дочери, сестры и, наконец, жены и матери. Они подкрепляются нежной привлекательностью, целомудренной любовью и тишиной ранним утром.

Пожалуй, она никогда никого не любила, кроме себя. В ней пропасть властолюбия, какая-то злая и гордая сила. И в то же время она — такая добрая, женственная, бесконечно милая. Точно в ней два человека: один — с сухим, эгоистическим умом, другой — с нежным и страстным сердцем.

Как правило, у успешной светской львицы, пока не попавшей в железные жернова злой судьбы, на лице всегда – маска эмоциональной холодности.

Время вспять не повернуть, так какой смысл впадать в депрессию по поводу того, что мы не в силах изменить?

В женском мире у каждого времени и обстоятельства своя правда. Мужи почитают это бабьей лживостью, неверностью, ветреностью, а на самом деле женщина честна и правдива каждый раз! Просто жизнь повернулась немного другой стороной, а женская стезя  — приноровиться, приспособиться, соответствовать, оттого и правда женская становится несколько иной… порой прямо противоположной.

Многое из того, что мы сейчас узнаём [компромата по линии сексуальных приставаний], это действительно серьёзно и очень противно. Вот одного из людей, который недавно потерял работу, я видел в одном из нью-йоркских ресторанов несколько раз в компании девушек примерно на пятьдесят, а может быть больше, лет моложе него. И прямо скажем, они были по виду — небольшие интеллектуалки. И особенно помню разговор с одной из них, как говорят в Америке — в духе полного саморазоблачения, я ужинал с покойным послом Виталием Чуркиным, и вот этот человек, который сейчас потерял всюду работу, он неоднократно интервьюировал Чуркина на своей программе, подошёл поздороваться, и он подошёл с девушкой, а потом он куда-то пошёл дальше, а девушка осталась стоять перед нашим столом, и этот человек представил девушку, как польку. И вдруг девушка говорит послу Чуркину на хорошем русском языке: «Мне так хотелось с Вами познакомиться, мне, вообще-то, паспорт надо продлить!» И Чуркин ей говорит: «Подождите, но ведь вы же из Польши!?» «Да нет, — говорит она, — я из России, из Пскова, но ему нравится, — сказала она про этого своего покровителя, — чтобы я была из Польши». И, конечно, вот это происходило не на основе большой любви, и даже не на основе какой-то страсти, была массовая эксплуатация женщин теми людьми, от которых они зависели. Но вот сейчас эти разоблачения, конечно, начинают достигать какого-то уровня истерии. И что особенно меня тревожит — это то, что людей обвиняют в каких-то очень серьёзных вещах, даже преступлениях, и заранее наказывают их без какого-то суда, следствия, без какой-то возможности им оправдаться. И считается, чтобы человек хоть как-то мог уцелеть — ему немедленно нужно признать свою виновность превентивно, сказать, что это он делал под влиянием алкоголя и наркотиков, удалиться в соответствующую клинику для реабилитации, и вот только тогда он может надеяться на какое-то прощение в будущем. То есть, эта эксплуатация женщин была непривлекательной, но и вот та истерия, которая происходит сейчас, тоже вызывает у меня озабоченность.