Не знаю,
кто и что виной
(история эта -
длинна),
но фильмы
уже
догоняют вино
и даже
вреднее вина.
И скоро
будет всякого
от них
тошнить одинаково.
Картина Бонелло не о том, что было нужно Иву, чтобы стать великим Сен-Лораном. Она о том, чего стоило Сен-Лорану оставаться великим.
Я люблю советское кино. Память такая штука, что хорошие воспоминания возобладают. Я не особо помню плохих фильмов. И вот если подумать: а что мы вспомним через 10-20 лет про кино сегодняшнее?
Пространство в кино есть нечто гораздо более принужденное к конкретности, чем время. Оно реализуется через изображение определенного места в определенную эпоху и в определенных обстоятельствах. Оно, скорее, северно или, скорее, южно; возделано, застроено, населено определенным образом. И Тарковский, пристрастный к факту, всегда точен в этом.
Ты приехал в Париж, чтобы убить Атоса, но в итоге спас ему жизнь. После пары бокалов анжуйского ты оценишь иронию.
В кино у тебя лишь 2 часа, чтобы рассказать историю и перед тобой стоит выбор, что включить в картину, а от чего отказаться.
— О! Что будешь смотреть?
— Ужастик, наверное. Ты любишь фильмы ужасов?
— Какой твой любимый?
— Не знаю.
— Подумай.
— Знаю! «Казаам». Там, где джином был Шакил о'Нил.
— Это не фильм ужасов.
— Ты не знаешь, как Шакил играет?
Играть негодяя интереснее, чем героя, если, конечно, роль хорошо написана. Герой всегда должен быть симпатичным, а мне, я полагаю, больше удаются роли неоднозначные.
Фильм — это жизнь, с которой вывели пятна скуки.
(Кино — это жизнь, откуда вырезали самые скучные сцены).
Cлайд с цитатой