Купались маненько!
Красиво идут ребятки. След в след. Минут через десять и сюда пожалуют.
Купались маненько!
— Доброго вечера, мамаша. Полковник Васин. Тут военные, человек сорок не пробегало?
— Тьфу, напугал, нечистый. Не с утра никого не было. А ты что, отстал, что ли?
— Ага. Вы быстрей коз гоните, здесь скоро пойдут танки.
— Да где ж они здесь пройдут?!
— Эти пройдут. У них всего одна гусеница.
— Понаделают чёрт-те что…
— Зуич, ты не устал?
— Неа.
— Так чего плетешься? Там дальше будет мост. если они его проскочат, уже не возьмём.
— Пароль на батарею.
— Ночь. Тишина. На посту часовой — узбек. Вдруг шорох. — Стой! Кто идёт. Оттуда: Свои! — Кто свои? Пароль Мушка, знаешь? — Знаю. — Проходи.
— Хэ! Хэ. Не смешно!
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…