Разрыв не означает невозможности примирения.
Прошлое, как и шкаф: не следует залезать слишком глубоко. Там всегда может прятаться монстр, готовый укусить тебя.
Разрыв не означает невозможности примирения.
Прошлое, как и шкаф: не следует залезать слишком глубоко. Там всегда может прятаться монстр, готовый укусить тебя.
Мир полон монстров, и они всегда, в любую минуту, могут наброситься на безвинных и беспомощных.
Он чувствовал подъем, который ощущал всякий раз, когда рвал старые связи и уезжал в другое место. В такие моменты он чувствовал себя почти что новорожденным, владеющим величайшей в мире свободой — свободой менять свою жизнь.
— Из всех твоих привычек, — сказал, Вик, — самой худшей мне кажется разгуливать в подштанниках.
— Поглядите на него! — воскликнул Роджер. — Мужику тридцать два года, а он все еще называет трусы подштанниками.
— Ну и что?
— Да так... Ты бы еще сказал «панталоны».
Он подумал, как по-дурацки устроены человеческие отношения, сколько приходится вкладывать труда и сил для получения самой скромной отдачи. И как легко все разрушить. Между ними протягивалось много нитей, и, конечно же, далеко не все из них были порваны. Если постараться...