Со временем мир разрушится. Как я и говорил, это всё равно, что весна пришла, а ни один цветок не расцвёл...
Незачем беспокоиться. Беспокоимся мы или нет, деревья цветут и приносят плоды каждый год. Такова природа вещей...
Со временем мир разрушится. Как я и говорил, это всё равно, что весна пришла, а ни один цветок не расцвёл...
Незачем беспокоиться. Беспокоимся мы или нет, деревья цветут и приносят плоды каждый год. Такова природа вещей...
В этом мире ни у кого нет места, которому бы он принадлежал... И у тебя тоже. Значит, тебе есть место везде в этом мире.
— Рано или поздно молния тебя может убить.
— Мне всё равно, лучше бы я и не рождался. Мама и папа никогда не посмотрят мне в глаза, а молнии идут прямо на меня, и смотрят только на меня.
— Было интересно послушать ваши необычные истории. У нас-то жизнь заурядная.
— Жизнь без событий — лучше всего.
Каково это — быть отверженным? Быть наказанным не за преступление, а за потенциальную возможность его совершить?
И легло на душу, как покой.
Встретить мать — одно мое желание.
Крест коли, чтоб я забрал с собой,
Избавление, но не покаяние!
Рагнара всегда любили больше меня. Мой отец. И моя мать. А после и Лагерта. Почему было мне не захотеть предать его? Почему было мне не захотеть крикнуть ему: «Посмотри, я тоже живой!» Быть живым — ничто. Неважно, что я делаю. Рагнар — мой отец, и моя мать, он Лагерта, он Сигги. Он — всё, что я не могу сделать, всё, чем я не могу стать. Я люблю его. Он мой брат. Он вернул мне меня. Но я так зол! Почему я так зол?
These are the wonders of the younger.
Why we just leave it all behind
And I wonder
How we can all go back
Right now.